Книга Пленение дракона, страница 91 – Миранда Мартин

— Ладно, отдыхайте, — говорит Трейс, поднимаясь на ноги. — Завтра отработаем новые стратегии боя.

Он уходит, растворяясь в ночи, оставляя нас сидеть в темноте. Тодд и Сенар поднимаются на ноги, тело Сенара издаёт громкий скрежет, когда камни, служащие его кожей, трутся друг о друга. Они вдвоём входят в нашу хижину, сопровождаемые Мисто и К'сарой. Мы с Розалиндой сидим одни в темноте. Она кладёт свою руку на мою.

— Нам нужно вернуться, — шепчет она.

— Да, согласен.

— Всё, плохо. Хуже, чем я предполагала.

Обняв её за плечи, я втягиваю её в поцелуй. Её мягкие, нежные губы разжигают огонь, и мой первый член мгновенно твердеет, пульсируя от желания. Она — всё, чего я хочу, всё, что мне нужно, и я бы всё отдал, чтобы отбросить всё остальное и заполучить её.

Она прижимается ко мне, мягкие холмики её груди врезаются между нами, превращая моё тело в бушующий ад. Мой член пульсирует, и кровь отливается от головы, чтобы удовлетворить потребности моего тела. Наклоняясь к ней ещё сильнее, я опускаю её перед собой, пока она не оказывается на земле, а я оказываюсь над ней. Моя эрекция выпирает изштанов, я прижимаю бёдра ниже к ней. Она стонет, руки пробегают по моим рукам и спине, слегка поглаживая мои крылья.

Её язык прижимается к моему рту, ища мой, а наши губы прикасаются друг к другу. Разум уходит. Я должен взять её.

Продвигаю руку между нами, пока не нашёл застежку на её штанах, и расстегнул её. Она поднимает бёдра, позволяя мне спустить штаны вниз. Мои пальцы пробегают по мягкому меху в поисках объекта моего страстного желания. Влага касается кончиков моих пальцев. Розалинда стонет мне в рот, поднимая бёдра вверх, и я провёл пальцем по её влажности. Никогда ещё не было так хорошо. Скольжу в её влажность, её стенки зажали мой палец, когда я двигал им глубоко в неё.

Мой член сильно сводит судорогой, от первых намёков на желание. Она толкается ко мне, наталкиваясь на мой палец и отпуская его, который легко входит и выходит из неё. Засунув язык ей в рот, я погружаю второй палец в её влагу, заявляя права на её тело. Она тает на моей руке, но затем начинает толкаться с дикой энергией. Отвечая тем же, я ввожу и вынимаю из неё пальцы, одновременно проводя языком по её языку. Она прерывает поцелуй, задыхаясь от каждого моего толчка в её тело.

Её глаза впились в меня, а мои в её, пока я находил точки её удовольствия и дразнил их пальцами. Она напрягается подо мной, ногти впиваются мне в спину, её глаза закатываются, и она стонет протяжно и тихо. Её тело сводит судорогой, когда я глубоко ввёл пальцы и держал их внутри неё. Её мышцы крепко сжимают мои пальцы, отпускают их и снова сжимают. Снова и снова, пока её прекрасный голос звучит от её удовольствия. Луна выглядывает, и мягкий серебристый свет освещает её в этот самый священный момент наслаждения. Она такая красивая, что у меня в груди возникает боль.

С ней ничего не может случиться. Она моё сокровище. Она — всё, ради чего я прожил свою долгую жизнь. Человек, который дополняет его вселенную, оправдывает всё. Вся боль, все потери были лишь для того, чтобы подготовить меня к ней. Она ослабевает, и опускает спину на землю подо мной. Когда её мышцы расслабляются, мои пальцы освобождаются. Мой пульсирующий член, просит получить облегчение. Когда я тянусь к завязке брюк, на краю моего зрения появляются бронированные ботинки.