Книга Лепестки Ветириоса, страница 97 – Тереза Вайборн

Листья, словно слезы, медленно опадали, украшая дорогу, ведущую к неизбежным переменам, но их красота была неповторима. В этой осенней меланхолии я увидела отражение своей души — она тоже, как лист, плавно падала к земле, а сверху её прижимала вся боль, что накопилась после потери всех, кого я когда-либо знала.

Тэлини сидела на мягком диване в темной спальне, где только что скончался Корнан, сложив ладони испачканные в прахе и слезах в крепкий замок. Она собрала всё, что могла, из того, что осталось от бога. Его прах лежал в вазе из-под фруктов, и она не отрывала от неё стеклянный взгляд. Я чувствовала, как тяжесть этого момента давит на нас всех, словно сама комната сжалась. Мерцающий свет луны проникал сквозь тонкую штору, окутывая комнату сиянием. Уже стемнело? Небо расчистилось, звёзды сияют ярче обычного, словно бурь и не было, словно земля не омылась кровью. Её губы казались покусанными, а глаза — красными, но как только она заметила нас с Басмортом, лицо посвежело, и все признаки усталости и боли исчезли. Почему она плакала? Из-за Корнана? Не знала, что они общались. Дарлорд же сидел напротив неё и с лёгким беспокойством поглядывал на девушку, как старый друг. Завидев Басморта, он встал и, взяв его за локоть, отвёл в сторону.

— Мы должны поговорить, — произнёс Дарлорд, его голос был низким и напряжённым. Он посмотрел на Басморта с таким выражением, будто искал в нём поддержку.

Басморт кивнул, но его глаза были полны сомнений.

Они что-то говорили друг другу, но вокруг них клубилась тьма, и я не могла понять, о чём идёт разговор.

— Ты в порядке? — спросила я Тэлини и протянула ей руку.

Её ладонь была холоднее океана в суровую зиму. Слезы скатывались по щекам девушки, образуя мокрые следы на бледном лице. Все её чувства были смешаны: горечь утраты, любовь к ушедшему и страх перед неизвестностью. Она понимала, что больше никогда не услышит его голос и не почувствует его прикосновения.

— Конечно. С чего мне быть не в порядке? — девушка ухмыльнулась и закатила глаза, но я знала, что происходит.

Её разум был, как на ладони, но я должна дать ей возможность выговориться. Мы были недостаточно близки, чтобы обсуждать проблемы друг друга, но мне хотелось поговорить с ней. Отчего-то я переживала за богиню тумана.

Тэлини нервно поправила волосы, её пальцы дрожали, словно боль в теле хотела выбраться, но она старалась не выпускать её ни в коем случае.

— А я не в порядке: мою семью убили, а чокнутый Штормволл пожелал запереть меня в клетку, как своего личного питомца.

Глаза Тэлини округлились от того, как я выложила ей информацию,что тревожила меня.

— И я не в порядке, потому что член твоей семьи стал мне другом.

Некоторым проще выговаривать свои проблемы, когда кто-то другой рассказывает о своих. Этому я научилась у людей, когда подслушивала чужие разговоры. Иногда люди боятся грузить друг друга негативом, боятся открываться друг другу, но если это сделал тот, с кем они желали поговорить, то у них получается открыть небольшую щель в свою душу и показать свои истинные чувства.

— Корнан стал твоим другом? Зная его, я уверена, что после того дня в таверне он навестил тебя, чтобы предложить руку и сердце. Он верил в любовь с первого взгляда.

— Верил, — грустно улыбнулась она. — Он такой дурак… Был таким дураком…