Книга Однажды приключилось, страница 16 – Ирина Трушина, Ольга Гузова, Алеся Турбан, и др.

Ночной житель опустился на землю, и Белинда, дрожа всем телом, но ощущая неведомый доселе восторг, залезла ему на шею. Парень схватил руками её лодыжки и крепко прижал их к себе. Убедившись, что спутница сидит крепко, он выпрямился во весь рост, и крылатые ботинки взмыли в небо. Стоило им взлететь повыше, как Белинду мигом остудил ледяной ветер, а тело беспомощно зашаталось в разные стороны. Однако страх испарился, словно вместе с землёй все негативные чувства остались внизу. Впервые она так близка с мужчиной. Раньше энерго-работница с ними даже неразговаривала. Только с отцом.

С детства Белинда числилась в женской энерго-группе. До двенадцати лет она трудилась лишь половину дня, а потом стала работать с утра до вечера, как и все. Группы сборщиков, приходившие на её поле, тоже состояли из женщин, а встречи с противоположным полом запрещались, как и выходы по ночам. Первым мужчиной энерго-работницы стал бы её муж, выбранный верховным вождём. Белинда не знала другой жизни, поэтому особо не переживала, лишь изредка обсуждая с Клариссой, кого же им подберут. Но сейчас… Ощущения в теле только усиливались, сводя ослушницу с ума, и в глубине души ей хотелось, чтобы полёт продолжался вечно.

– Ну что, видишь отца своего? – резкий голос вернул её к реальности.

Энерго-работница залилась краской, словно парень мог прочесть её мысли, но всё же взяла себя в руки и взглянула на ночную землю. И ахнула. Со всех сторон горели огни, и раздавался шум голосов ночных жителей. За полем простирался целый город. Дома большие и маленькие, но неизменно старые и полуразрушенные, широкие и узкие улицы, освещаемые высокими фонарями, однако наводнённые грязью, пылью и отходами, что, впрочем, не мешало по ним сновать толпам людей. Множество таких улиц, словно лучики солнца, соединялись в круглую площадь, наполненную всевозможными лавочками из рваных палаток неопределённых цветов. Белинда напряжённо вглядывалась в снующие фигуры, но отца среди них найти не могла.

– Держи! – парень отпустил одну из лодыжек, порылся в кармане плаща и протянул ей маленький стеклянный предмет, – усилитель зрения.

Энерго-работница поднесла стекляшку к глазам и стала крутить головой в разные стороны. Ночные жители вмиг увеличились в размерах: все, как на подбор бледные, но с такими же весёлыми, как у её спутника, лицами. Они смеялись, толкали друг друга, и, казалось, вполне наслаждались жизнью. Как же ей отыскать отца среди этой толпы?

– Вот! – неожиданно для себя вскричала Белинда, – нашла, нашла! – указала она на маленькую узкую улицу и пробирающуюся по ней знакомую тень в плаще.

Ночной житель послушно полетел за её отцом, и вскоре путники приземлились неподалёку от высокого чёрного дома, такого же облупившегося и разваливающегося, как и все остальные здания, с дырявым фундаментом. Отец резко отворил массивную светло-жёлтую дверь и исчез за ней.

– Ты уверена,что хочешь туда пойти? – спросил парень, нахмурив густые тёмные брови, но Белинда упрямо кивнула.

– Я должна узнать правду.

– Что же… тогда прощай! И… береги себя, дневная! – он прижал её к себе и крепко обнял, поднимая в девичьем теле новый вихрь ощущений, а после стремительно ушёл прочь.

С минуту энерго-работница глядела в его широкую спину и чёрные кудрявые волосы, цвета самой ночи, но всё же поднялась на крыльцо таинственного дома и юркнула внутрь. В старой грязной прихожей валялся всякий хлам: полуразрушенный буфет болотного цвета, сваленная в кучу одежда и даже битая посуда по углам. Из-за двери, висящей на одной петельке, доносились громкие голоса. Белинда вздрогнула, поняв, что один из говорящих – отец.