Книга Слово Вирявы, страница 20 – Анна Бауэр

Просмеявшись, папа утер глаза.

– А вообще, жаль, что ты совсем не помнишь эрзянский. Лет до пяти так хорошо говорила ведь!.. – Он тряхнул головой: – И все-таки зачем тебе в это богом забытое сэло, доченька? Зачем?

– А вот этот – ничего такой! – Мама ткнула в одну из разложенных на столе газетных вырезок и распечаток новостных сайтов с фотографиями пропавших людей. – Если найдешь этого… как его там… – она заглянула в статью, – Сергея Тумайкина в процессе своего, так сказать, расследования, – надо брать!

– Он для Вари старый, – заметил папа. – И, по-моему, толстоват.

– Зато глаза добрые! И ничего не старый! Это ты старый… – Мама продолжала изучать фотографию. – И вообще, он мне кого-то из моей юности напоминает.

– Так и скажи, что он тебенравится, – хмыкнул папа. – Чего Варе-то его навязываешь?

– Позвольте вам напомнить, что никого из пропавших найти не удалось даже полиции, – сказала Варя и принялась собирать бумаги со стола. Ту, что пристально рассматривала мама, она взяла первой. С фотографии на нее почти укоризненно взирал Тумайкин.

– Ну подожди, мы еще не на всех поглядели! – возмутилась мама.

– Вы мне не помогаете, а только ерничаете, – буркнула Варя.

– А как мы можем тут помочь-то? – без тени иронии возразила мама.

– Например, найти что-то общее у всех этих пропавших. Или, наоборот, что-то особенное… Ладно, забудьте! – отмахнулась Варя, укладывая вырезки обратно в папку.

– Не знаю, как это может помочь делу, но со своей невысокой колокольни замечу, что все они, судя по всему, местные. Хотя тебе это и так было очевидно, да? – поднимаясь из-за стола, произнесла мама.

– Э-э… – Варя задумалась. – Вообще-то, нет, мне это не бросилось в глаза.

– Потому что это не так. – Папа побарабанил пальцами по столу. – Вот тот, который так понравился нашей маме, жил в Саранске, а в Шимкино ездил со своим другом на отдых. Ты же с ним сегодня встретиться должна, Варюш, да? С товарищем Сергея? Вот… А, и одна москвичка среди пропавших тоже есть.

– Так, может, дело не в том, где они жили, а в том, откуда они родом? – хмыкнула мама.

– Интересная теория, – кивнул папа. – Варя, вот тебе и первая задачка: проверить, все ли пропавшие родом из Мордов… Стоп! Или: все ли пропавшие – мордва?

– Представляю заголовок: «Мордва пропащая: там, где теряются люди и следы великого этноса». – Мама изобразила, как водит пальцем по строкам воображаемой газеты.

– Чего вы ржете? Мне туда, между прочим, ехать! – с трудом выдавила из себя Варя.

– Ты запиши заголовок-то, запиши! А то я потом забуду! – заливаласьмама, подзадоривая папу и Варю, и вместе с этим семейным смехом в воздухе дрожали и растворялись и напряжение, и неловкость встречи, и зачем-то сказанные обидные слова, и еще много чего, чему Варя не могла подобрать названия.

Кухонные занавески надували полосатые животы на сквозняке, июльское солнце набирало силу, на тарелке стыли сырники, и Варе казалось, что она никуда не уезжала, а вот так и продолжала жить в родительском доме наискосок от «одуванчика» с радужными рукавами.

О встрече с Ильей Кулаевым – другом Сергея Тумайкина, который пропал последним, – Варя договорилась еще за две недели до поездки. Она нашла Илью по старой фотографии в соцсетях, где его отметил Сергей. Что Илья – тот самый друг, с которым Сергей, согласно сумбурным новостным заметкам, побывал в Шимкине непосредственно перед своим исчезновением, ей подсказали профессиональное чутье и подпись: «Не разлей вода». Эту гипотезу Варя проверила коротким сообщением с личного, а не газетного аккаунта, чтобы не отпугнуть: «Я по поводу поисков Сергея. Пожалуйста, свяжитесь со мной». За этой фразой следовал номер ее телефона. Когда даешь людям подкрепленный нужной наживкой выбор – позвонить или не позвонить, – они почти всегда выбирают первое. Когда просишь поделиться личным номером – почти всегда получаешь отказ.