Книга Моё небо, страница 2 – Анна Максимова

— Давайте пропустим восторженно-лапшичную часть и перейдём непосредственно к тому, чего требуется от меня? А ещё лучше скажите своё «трах-тибидох» и верните меня домой.

— Да как ты смеешь?! — негодование сочилось из каждого звука. — Ты! Мелкая вошь, бесцветный пиксель в мироздании, и смеешь так говорить со мной, своим богом?!

— Ну для начала я атеистка, и если я всего лишь вошь и пиксель, стоит ли так психовать?

Ну да, есть у меня недостаток, часто в критических ситуациях вместо того, чтобы молчать, я начинаю хамить. Какая-то странная защитная реакция на стресс.

Мои размышления прервал громкий ржач. Да-да, именно ржач, а не смех. Потому что тот, кто хохотал, разве что не хрюкал от смеха.

— А она мне нравится, — выдавил неизвестный обладатель второго голоса. — Такая не то что выживет, но и шороху наведёт. Я хочу всё это видеть!

— Короче! — крикнула я, поражаясь своей глупой и безрассудной смелости. — От меня чё надо?! Вообще, почему я?

— Только ты увидела наш маяк, что говорит о наличии у тебя необходимых способностей, — был мне ответ.

— Необходимых для чего? — выпытывала я.

— Ты отправишься в мир под названием Соинтер, твоя задача выжить и найти способ вернуться, — отозвался первый из голосов, лишившись всегопафоса.

— Эээ… — шокировано зависла я, — а подробнее?

Увы, видимо, неизвестные «игроки» с переизбытком власти и возможностей не считали нужным что-то объяснять. Потому как белоснежная бездна начала истончаться и из неё стали проявляться очертания предметов.

КАЙЛЕН

Свобода! Несравненное чувство полёта! Только нам, рождённым высшими, дано это чудо — парить в облаках. И плевать на то, что особые способности накладывают особую ответственность. Все проблемы, беды и обязанности становятся неважными, когда ощущаешь эту невесомость и скорость! Есть только я и небо! Этот воздух, бьющий в лицо, шелест крыльев за спиной и ощущение, что весь мир принадлежит мне!

Бестрее! Ещё быстрее! До ломоты в спине, до бешеного стука сердца! Это мой персональный рай…

— Вставай, шлюшка! — боль удара в живот и пропитый голос разрывают сказочное видение в клочья.

Оплеуха лишает остатков сна-воспоминания, возвращая в реальность. Реальность, которой я бы предпочёл смерть, но даже этой возможности я лишён. Невыносимо осознавать, что несколько мгновений назад я был гордым представителем своего народа, парил в облаках, а сейчас я всего лишь жалкий бесправный раб. Постельная игрушка больного извращенца, который каждый день уничтожает те крохи моей личности, что ещё остались. Я не знаю, как я ещё не рехнулся окончательно, но каждый день жалею об этом. Будь я безумен, переносить унижения было бы легче, а может, мне бы хватило духа и изобретательности оборвать своё жалкое существование.

— Хозяин желает тебя видеть, — похабно ухмыльнувшись, произносит конвоир. — Не знаю, чем ты так зацепил его, что он не даёт пользоваться тобой другим, но рано или поздно ты ему надоешь и придёт мой черёд.

От липкого плотоядного взгляда ублюдка мутит. Сказал бы я, куда он может засунуть свои тошнотворные желания, но проклятая магия сковала по рукам и ногам, лишая даже голоса. А этой сволочи только того и надо. Подойдя вплотную, обдавая моё лицо отвратительным смрадным дыханием, это ничтожество сбивчиво зашептало: