Книга Счастье из чужой вселенной, страница 110 – Анна Максимова

— Прости меня, — прохрипел, чувствуя, как комок в горле мешает говорить. — Прости, Ева.

Что я там недавно говорил? Её кровь лучшее, что мне доводилось пробовать? Сейчас меня тошнило от неё. Мутило от густого аромата, витающего в пространстве.

— Это бред какой-то, — сказала Ева после минуты молчания и пристального разглядывания моей персоны. — Разве больные «естественным отбором» выздоравливают? Как такое возможно?

— Твоя кровь, Ева, — озвучил единственную теорию, что была у меня, а слова снова обожгли болью и стыдом. — Что-то в твоей крови способно побеждать вирус.

— Так не бывает, — ошарашенно выдала девушка. — Это больше похоже на сюжет глупой фантастической книжки.

— И тем не менее, это так, — хмыкнул я.

Похоже, тут произошло нечто, что сильно напугало девушку. Почти до паранойи. Она не спешила мне доверять, опасалась, что это очередная хитрость, и устроила форменный допрос. Спрашивала как общеизвестные факты, так и то, что знать мог только я. Затем наступиламоя очередь задавать вопросы. Первым делом выяснил, что же всё-таки случилось. Слушая рассказ Евы, сначала чувствовал, как от ужаса сводит внутренности, затем проснулся гнев на её безрассудство.

— Ева, я же тебе вроде на общегалактическом говорил сюда не ходить и ни в коем случае не приближаться к камере! — высказывал потупившейся виновато девушке. — Ты меня вообще слушала? Чем ты думала, подходя к спятившему инфицированному?

— Но это был ты! — в тихом отчаянии заявила Ева. — Ты звал меня по имени!

— Это был вирус, — обрубил мрачно. — Потому как я абсолютно ничего не помню.

Ева всхлипнула и уткнулась носом в колени. Ругать девушку было больно, чуть ли не до крика истошного тяжело. Тем более на фоне того, как я виноват перед ней и чем обязан, но иначе было нельзя. Ей пора научиться благоразумию. Мне льстило, что она переживала обо мне, и если бы не её искреннее беспокойство в сочетании со счастливо-несчастным случаем, я бы и вовсе вскоре перестал существовать, только вот её мягкосердечие чуть не погубило её. И в один «прекрасный» день оно её точно погубит, если Ева не научится думать головой, прежде чем что-то делать.

Когда эмоции чуть поутихли, смеска хотела открыть камеру. Мои мысли хоть и путались до сих пор, но мне чётко вспомнились опасения Евы, когда она сама болела, что улучшение может быть временным. Пришлось напомнить это девушке и настоять на продолжении своего заключения. В конце концов, мы никуда не опаздываем, а предосторожность лишней не будет.

После того, как чуть ли не криком выпроводил девушку привести себя в порядок и обработать рану, она снова вернулась с новой одеждой, едой и мелочами, улучшающими комфорт. Я пытался отправить Еву обратно, чтобы она отдохнула, но смеска была непреклонна. Несколько часов к ряду мы болтали обо всём на свете, и лишь когда глаза любимой стали закрываться, девушка прислушалась к здравому смыслу и отправилась наверх, спать.

***

Судьба, оказывается, та ещё затейница. Сколько раз за последнее время она подкидывала критические, казалось бы, безвыходные ситуации? И каждый раз мне как-то удаётся выходить из переделок с минимальными потерями. Вот и сейчас, немыслимым образом, но я не просто выжил после заражения, но и полностью поправился. И всё благодаря Еве.

Правда, то, каким образом я получил «вакцину», грузом безнадёжнойвины легло на мою совесть. Сама девушка на меня не злилась, не винила ни в чём, ведь это был я и не я одновременно. Для неё безумие было достаточным оправданием, для меня — нет. Внутри всё стыло от ужаса при мысли, что было бы, не будь я заперт. Наверное, я бы потом сдох сам, от инфаркта или тоски.