Книга Приговоренный жених, страница 112 – Александр Владыкин

В общем, если сейчас посмотреть на карту, то диспозиция получается следующая. Численно мы примерно равны. Нас тысячи три, их тысячи три — три с половиной. Мы движемся по неширокой долине, каких в герцогстве большинство, и завтра, максимум — послезавтра, подойдем к узкому проходу, через который попадем в долину широкую. Одну из самых широких в этой местности. Сиверс проход перекрыл? Ничуть. Недурак он, чтобы с горцами и гномами так шутить. Вмиг вскарабкаются на скалы, закидают камнями, перестреляют из своих арбалетов, а если еще и свои полумагические бомбарды подтянут, то — сливай воду, заворачивайся в белую простыню и выдвигайся в сторону ближайшего кладбища. Да еще и я маг. Об этом тоже забывать не надо. Сиверс, падла такая, и не забыл. Стоит противникам только в узком месте скучковаться, как я их сразу либо туманом накрою, либо змейками угощу.

Вот они и расположились в самом широком месте самой широкой долины. Дорога по центру проходит. Ее они и перекрыли.

А нам что делать? А хрен его знает. Если мы выползем на равнину, то конные наемники нас окружат и будут методично расстреливать из своих, пусть и убогих, но весьма убойных пистолей. В моем мире такую тактику рейтары применяли. Называлось то, что они делали, — караколировать, а сама тактика — караколь. Изобрели эту пакость в качестве противоядия против швейцарской пехоты и испанских терций, когда они начали рыцарскую конницу разносить в пух и прах. Принцип прост до полного и крайне унылого для нас безобразия. Подъезжают рейтары к плотному строю пехоты и, почти не целясь, а чего целиться в такую толпу, последовательно палят из двух или даже трех пистолей. Уступают место следующим. Те делают то же самое. Первые в это время на безопасном расстоянии перезаряжаются. И так — пока противник не побежит. Или от них, или за ними. В любом случае строй нарушен, и конница с удовольствием рубит врагов.

И у нас как раз пехота. Всадников хорошо если сотни три наберется. И это не обученные кирасиры какие-нибудь, а мои вассалы со своими приближенными и эльфы в количестве тридцати штук. Нет в Юме нормальной конницы. На кой она в горах? И от меня при подобном раскладе толку будет чуть больше, чем от козла молока. Держаться плотным строем наемники не будут, так что придется мне с моими заклинаниями гоняться за каждым их небольшим отрядом. Плюс к этому, будучи на конях, они от моего тумана легко увернутся. Как это Алира тогда сделала — объедут его и все. А если змейкой темно-зеленой кого в кадавра мне и удастся обратить, то свои его быстренько прикончат. А заодно и меня. Окружат и будут расстреливать со всех сторон, пока мой магический щит не истощится. А потом пристрелят, как того самого козла, с которогомолока не было.

Надо думать. Хорошо бы, конечно, как-то этих ребят в узкий проход заманить, но боюсь, что это не получится. Судя по тому, как они расположились, прекрасно наши противники осведомлены о наших возможностях. Не поведутся они на наши уловки.

И какое решение? Мы можем бесконечно долго сидеть в нашей долине. Ну, пока продукты не закончатся, зима не начнется, и армия моя по домам не разойдется. Наемники могут столь же долго ждать нас в своей долине. Пока у Сиверса не истощится моя казна, из которой он им платит и продукты для них закупает. В шахматах это называется пат. И меня он категорически не устраивает. Потому что ведет он, в данном случае опровергая шахматную теорию, к мату. Причем, мне. Так как если я в темпе вальса не верну свой трон, то вера в меня пошатнется. Все тут же вспомнят, что я темный маг, а раньше так и вовсе бесполезным дурачком считался.