Книга Приговоренный жених, страница 111 – Александр Владыкин

Решено! Пожалую им на свадьбу баронство. Пусть все знают и другим рассказывают, как щедр (в данном случае за чужой счет, что не может не радовать) законный герцог Юма Ричард к тем, кто ему верен. Кстати, Гуннар! А где он? Он, значит, вчера из разведки вернулся, а мне ничего докладывать не спешит?

— Мелли, — произношу строго. — А где сам Гуннар, почему я не вижу его с последними сведениями о бунтовщиках?

— Он побоялся к вам идти, пока я не вымолю прощения, — начинает оправдывать своего жениха Мелли — Сейчас я сообщу ему, что ее светлость меня простила, а вы милостиво разрешили нашу свадьбу, и он сразу будет у вас.

Врет, поди. Дрыхнет, наверное, сейчас Гуннар после ночных трудов по утешению девушки, вот и не пришел пока. Да, здесь так. Дисциплина в войсках оставляет желать лучшего. На днях еле-еле угомонили сотню гномов, которые где-то своего любимого пойла раздобыли, натурально, тут же его употребили и начали задирать эльфов. Потом две дуэли между моими вассалами предотвратил. Причины? Повода к одной не знаю. Даже слушать не стал резоны двух молодых петушков, решивших друг другу горло перерезать. Сразу заявил, что в походе любые выяснения отношений запрещаю.

Второй конфликт мне объяснили тем, что некий граф слишком восторженно и вольно отзывался о красоте Изабеллы и Элениэль, чем, по мнению собеседника — тоже графа, нанес оскорбление мне. И он, естественно,тут же за мою честь вступился. Благородный, однако. Интересно даже стало, что же такого он сказанул? Может, ягодицы эльфийки слишком красноречиво восхвалял, или ножки Изабеллы? Мда… Но оскорбление при этом было нанесено мне. Я вот нисколько себя оскорбленным не чувствую. Мне приятно, что мои спутницы вызывают восхищение. А что слов иногда правильных подобрать не могут, так нет тут высокой литературы, поэтов-гениев и так далее. Как местным окультуриваться? В общем, запретил и эту дуэль тоже.

Оказалось, что про Гуннара Мелли сказала правду. Не дрых он бессовестно, как я предполагал, а с нетерпением ждал вызова пред мои ясны очи. Только девушка успела из шатра, чуть не в припрыжку от радости, выскочить, как гвардеец доложил о приходе Гуннара, а с ним Родрика, Рагнхильды и пятерки самых знатных графов и баронов. Понятно. Значит — что-то важное, а скорее всего — неприятное нам разведчик сообщить хочет. Вот все и притащились вслед за ним. Что ж, проведем военный совет. Благо размеры моего шатра теперь позволяют человек пятнадцать, а то и двадцать в нем разместить. Изготовили мне уже с неделю как новый — достойный моего высокого положения.

Если изложить коротко основные пункты доклада Гуннара, то, как говорили у нас, мы в полной заднице. Недаром Родрик так нахваливал графа Сиверса. И правда, разбирается зараза такая в тактике и стратегии. Кутузов местный. Поймаю — глаз выбью. Пусть тоже с повязкой ходит.

Что этот железный старикан сделал? Для начала он решил не устраивать в Юме настоящей гражданской войны. Или просто своим соратникам не очень доверяет. Но послал он против нас наемников. Лучших. Имперских. Стоят очень дорого (из моей казны, подозреваю, с моего, так сказать, личного счета оплата прошла), но и воюют отменно. Но это не вся проблема. Вся заключается в том, что это конница. Кто же в горах конницей воюет? Умные полководцы. И Сиверс именно из таких оказался.