Книга Спасение для лжепринцессы, страница 81 – Ульяна Муратова

– Вы предпочитаете верхом или на виркте? – учтиво спросил ожидавший у выхода вилерианец.

Оказалось, что виркт – это и есть автоаквариум на колёсиках. Естественно, я предпочитала его.

– С вашей стороны так любезно меня проводить. Спасибо!

– Как вы вообще оказались… в такой компании? – осторожно уточнил собеседник, пока мы вели эльга к конюшне (или эльгюшне? или конелосюшне?).

– Познакомилась с Ваендис случайно. Она пригласила на скачки. Я не думала, что вот так получится…

– Кона Ваендис – очень известная в Файмарге личность, а уж этот её Золотой дом… Немало копий сломано из-за него на самом высоком уровне, – проговорил вилерианец, нервно потеребив воротник.

– Почему? – тихо спросила я.

– Вы… примерно представляете, чем занимаются эти девушки? – он посмотрел чуть виновато, и в то же время сочувственно.

– Да. Они куртизанки.

– Верно. Так вот… это… уникальный случай. Насколько мне известно, нигде в Вилерии другого такого дома нет, а здесь, в Файмарге, про дом Ваендис знает каждый. И одна половина города мечтает его закрыть и запретить, а вторая оправдывает девушек и саму Ваендис тем, что всё происходит добровольно. И что для многих мужчин это едва ли не единственный шанс… познать женскую ласку… – сказав это, собеседник очаровательно покраснел.

Вот уж не ожидала от него. Как же он решился заговорить со мной за ужином? Зря посчитала его наглым, действительно храбрый парень.

– Вы не подумайте, я не… – сначала замялся он, а потом добавил уверенно и твёрдо: – Я храню себя для брака, как и предписывают традиции. Просто вы поймите, для многих ужасна мысль, что эти красивые девушки, которые могли бы составить счастье любого вилерианца и стать обожаемыми жёнами и матерями, выбрали вот такой путь. Это с одной стороны. А с другой – и запретить вроде как нельзя. Никто же не запрещает вилерианкам встречаться с разными мужчинами до брака, если они этого хотят. А тут вроде как то же самое, только за деньги…

Мы как раз подошли к стойлу, одному из многих в большом утеплённом ангаре. Из квадратного отверстия в двери по соседству высунулась любопытнаяжующая морда в тёмных пятнах и попыталась хватануть меня за плечо, но развесистые рога со стуком упёрлись в деревянную створку изнутри, не давая эльгу возможности просунуть голову целиком. Уши остались внутри, зато большие влажные глаза смотрели с интересом: а чего такого тут можно уцепить и желательно пожевать?

Я отпрянула. Мой провожатый как раз завёл эльга в его стойло, похлопал по мясистому боку и почесал за ухом, потом запер дверь, и мы вышли на улицу.

– Вы не думаете, что у этих девушек просто не было выбора? – спросила я, когда мы отошли от ангара и направились в сторону стоянки вирктов.

– Нет, не думаю, – хмыкнул он. – Выбор есть всегда. Девушка же – часть клана, и клан обязан обеспечить её всем необходимым. Нуждаться она не будет. Да, драгоценности и дорогие наряды дарить никто не станет, но голодать точно не придётся.

– Вы так уверенно об этом говорите. Если бы всё было так просто, вряд ли все эти девушки стали бы куртизанками. Разве клан не захочет выдать одинокую вилерианку замуж?

– Захотеть, конечно, захочет, но принуждать не станет. Исключение – «Багровый Цветок Заката».

– Что?

– «Багровый Цветок Заката». Это вилерианка, которая не принадлежит ни к одному из кланов и не имеет мужа или родственников, что могли бы её содержать, – пояснил он.