Книга Испытание, страница 316 – Трейси Вульф

– Ну, не знаю. Может быть, потому, что ты только что влила в свое тело какое-то неизвестное зелье? – отвечает Флинт.

Колдер пожимает плечами.

– Мое тело может справиться с ним. – Она становится в картинную позу. – Потому что оно настоящий шедевр.

– Однозначно, – соглашается Дауд.

– Заткни варежку, Дауд, – говорит Реми. – Ей нужен такой партнер, который не сдается и не уступает ей без боя.

– Мне нравятся те, кто чуть что сдается, – замечает Колдер, захлопнув пудреницу и убрав ее в карман. – Так мне легче лакомиться ими. Ведь потроха так хороши.

Она причмокивает только что накрашенными губами, а Дауд издает что-то вроде поскуливания.

Хадсон смотрит на меня, словно спрашивая: «Что же нам с этим делать?» —но я только пожимаю плечами. Колдер действует в соответствии с собственными представлениями, однако Дауд, похоже, вполне готов по ним жить. А может быть, и умереть вместе со всеми своими потрохами.

– Ты в самом деле чувствуешь себя хорошо? – спрашиваю я, когда проходит еще одна минута и Колдер не начинает ни блевать, ни что-то еще в том же духе.

– Да, все хорошо-о-о, – отвечает она и встряхивает волосами – так медленно, будто это ролик с рекламой шампуня, который показывают в замедленной съемке, чтобы все смогли как следует рассмотреть блестящие, здоровые и красивые волосы модели. Правда волосы Колдер все еще наполовину покрыты грязью, так что они не так уж блестят.В этом вся Колдер – только она может даже сейчас выглядеть на все сто.

– Вот и хорошо. – Реми смотрит на оставшиеся семь пробирок. – Кто-нибудь еще хочет выпить зелье?

– Мы же даже не знаем, надо нам их пить или нет, – возражаю я. – Может быть, мы должны вылить их на землю. Мы не можем позволить себе ошибиться.

– Пеееееейте, – произносит Колдер, медленно-медленно поворачиваясь ко мне. – Ооооооноооо воооосхииииииитительноооо.

– Что, вкус у него как у потрохов, да? – замечаю я, и у меня падает сердце.

– О. – Хадсон округляет глаза, и видно, что до него доходит, что происходит. – Колдер, ты делаешь это нарочно?

– Дееееееелааааааююююю чтоооооо? – У нее уходит секунд пять, чтобы это произнести, и еще столько же, чтобы поднять брови.

– Похоже, мы теперь знаем, что делает рыжее зелье, – со вздохом говорит Мэйси.

– Да, судя по всему, оно тормозит того, кто его выпил. – Я смеюсь, качая головой.

– Это точно, – соглашается Реми, затем берет зеленое зелье. – Кто-нибудь хочет выпить вот это?

– Лично я не хочу пить вообще ничего, – говорю я.

– Не думаю, что это возможно, ma chère, – отзывается он, затем открывает пробирку и одним махом выпивает ее.

Мекай улыбается Мэйси и мне, и видно, что он уже оправился от ползавших по нему жуков. Сама же я чувствую, что не забуду этого никогда.

– По-моему, вот это оранжевое зелье предназначено для меня, – говорит он. – Извините меня, дамы, если это сделает меня еще более сексуальным.

И залпом выпивает оранжевую жидкость.

Мэйси закатывает глаза, глядя на него, и берет лиловое зелье.

– Ярко-розовое я оставляю тебе, Грейс. Ведь это твой любимый цвет.

Ну да, как же. Теперь я на сто тридцать процентов уверена, что ярко-розовое зелье – худшее из всех восьми, но я точно заслужила его после того, как семь месяцев лгала моей кузине насчет моего любимого цвета.

Хадсон подавляет смех, и я сердито смотрю на него, пока Мэйси говорит: