Книга Испытание, страница 257 – Трейси Вульф

– Значит, для любви нет преград? – На лице Майлса написан скептицизм.

– Любовь – это фарс. Главное – это магическая сила, а она обладает большой силой, хотя по глупости хочет отказаться от своего волшебства, чтобы быть со мной.

– Понятно. – На лице Майлса возникает злобная радость. – А вы, разумеется, будете рядом, чтобы подхватить его?

– Что-то вроде того. – Сайрус барабанит пальцами по столу, продолжая вглядываться в карту. – Она полубожество, и у нее на руках выигрышная комбинация карт, дающая человеку возможность стать богом. И она намерена отдать все это мне.

– Ну и как это может вам помочь? – Майлс качает головой. – Разве было бы не лучше иметь на своей стороне богиню?

– Вот поэтому-то, мой старый друг, ты остаешься моим доверенным советником, а я являюсь королем. Ты всегда мыслишь слишком мелко. – Он берет фигурку, похожую на корону, и передвигает ее по карте то ли в Ирландию, то ли в Шотландию – должна признаться, география не мой конек,к тому же я стою недостаточно близко, чтобы можно было сказать точнее. – Потому что, если есть способ, с помощью которого она может стать богиней…

– Тогда и вы можете стать богом.

– Вот именно. – Сайрус тычет в Майлса наманикюренным пальцем. – И для достижения моих целей мне теперь нужна только одна вещь, которую я получу в мае, всего через восемь месяцев.

С минуту Майлс размышляет над словами Сайруса, затем кивает.

– Это хороший план, вот только в Риме обыкновенные люди неспокойны, среди них началось брожение. Каким образом вы намерены держать их отряды охотников под контролем на протяжении стольких месяцев?

Сайрус передвигает несколько лиловых фигурок в Италию.

– Пусть ведьмы и ведьмаки собьют с толку и запутают тех, кто беспокоится из-за недавних смертей. Не зря же мы держим их наготове.

– Это верно. – Майлс отходит от стола и берет свой плащ, висящий на спинке одного из кроваво-красных стульев, которые стоят перед книжными шкафами. – Однако у меня, ваше величество, есть еще один вопрос, если вы простите мне мою дерзость.

– Мне по душе твоя дерзость, – отвечает Сайрус. – Поэтому я и сделал тебя моим советником.

– Это честь для меня, и я счастлив, что вы оказали мне ее, – говорит Майлс. – Но что вы планируете сделать, если Далила прознает о ваших планах или пронюхает о вашей связи с этой ведьмой? Ей это не понравится.

– Ты прав, это придется ей не по вкусу. Но знаешь, иногда нет иного выхода кроме как прикончить бешеную собаку.

– И вы сможете это сделать, если возникнет такая необходимость?

– Сделать это? – Сайрус вскидывает бровь. – Да я проделаю это с удовольствием. Собственно говоря…

Он продолжает говорить, но я этого уже не слышу, потому что внезапно из тени звучит голос:

– Посмотрим, посмотрим, что у нас тут. Тебе нравится шпионить за мной, Грейс?

У меня холодеют руки, а сердце начинает колотиться с бешеной скоростью. Потому что мне знаком этот голос, он приходит ко мне в кошмарах.

Это значит, что Сайрус – настоящий Сайрус, а не воспоминание – обнаружил меня.

Черт, черт, черт.

Вряд ли прошло достаточно времени. Достаточно ли его прошло?

Сколько времени Сайрус разговаривал с Майлсом? Двадцать минут? Тридцать? Больше? И это в замороженном мире.А как насчет реального мира?

Какой там коэффициент? В замороженном мире проходит в шесть раз больше времени, чем в реальном? Или в три раза? Теперь я уже не могу вспомнить.