Книга Приятный кошмар, страница 102 – Трейси Вульф

Поэтому да, я очень, очень впечатлена тем, как хорошо он справляется со всем этим, потому что сама я ужасно психую – особенно всякий раз, когда смотрю на свои руки и вижу вместо них когтистые лапы. Или когда оглядываюсь через плечо и вижу огромный жалящий хвост.

Нет, скажу иначе – отвратительный огромный жалящий хвост. Потому что, черт возьми, он отвратителен – длинный, черный, покрытый чешуей с гигантским жалом на конце, выглядящим так, будто оно может нанести немалый урон любому, кто подойдет слишком близко. Я не знаю, испытывать мне ужас или отвращение, или и то, и другое одновременно, когда он машет взад-вперед и закручивается вверх и вниз, причем делает это сам собой.

Я пытаюсь остановить его, но почему-то от этого становится только хуже, пока эта штука полностью не выходит из-под моего контроля.

Джуд отпрыгивает назад, когда хвост скользит мимо него и жало оказывается так близко от его лица, чтоедва не выкалывает ему глаз.

– Прекрати это! – воплю я, вот только это не похоже на вопль. Мой голос звучит примерно на октаву ниже, чем обычно, и здорово смахивает на рычание.

– Я не могу, Кумкват. Ты сама должна понять, что делать.

– В твоих устах это звучит так просто.

– Я знаю, что это нелегко, – успокаивает он. – Просто для этого нужна практика. Со временем ты освоишься.

Со временем? Сколько же, по его мнению, это продлится? Достаточно долго, чтобы эти штуки, извивающиеся на его коже, покрыли все его лицо? Достаточно долго, чтобы я ужалила его или кого-то еще, кто подойдет ко мне слишком близко? Достаточно долго, чтобы вся школа пропиталась магией?

Я не прошу вселенную назвать мне точные цифры, мне нужна только приблизительная оценка, чтобы я смогла успокоиться.

Из-за моей спины доносится крик, и я поворачиваюсь как раз вовремя, чтобы увидеть, как над забором пролетает Жан-Люк и летит прямо на нас. Его светлые волосы развеваются, на его спине выросли кроваво-красные полупрозрачные эльфийские крылья. Сразу за ним летит Жан-Жак, только крылья у него темно-серые.

– Пожалуй, это последнее, что хочется увидеть в разгар этого бардака, – тихо замечает Джуд, и я должна признать, что он прав.

Жаны-Болваны представляют собой угрозу даже без своих магических сил. А с ними… я не хочу даже думать о том, какой вред могут причинить эти связанные с мафией темные эльфы.

Словно для того, чтобы доказать мою правоту, Жан-Люк подлетает к ближайшему ореху-пекану и отламывает от него сук. Затем начинает бомбардировать нас зелеными плодами, пока Жан-Жак утробно хохочет. Потому что похоже, даже в критической ситуации эти двое проявляют эмоциональную незрелость трехлетних малышей.

– Какого хрена? – рявкает Эмбер, когда один из орехов отскакивает от ее плеча.

Несколько секунд спустя еще один орех ударяет Иззи прямо в лицо, и она достает еще один нож из своего, похоже, неиссякаемого запаса.

Но прежде чем она успевает прицелиться, Моцарт – в своем великолепном обличье черного дракона – направляет струю огня прямо на несносного темного эльфа.

Пламя опаляет его полупрозрачные кроваво-красные крылья, и он вопит:

– Какого хрена? Я же просто пытался немного поразвлечься!

Он пытается запустить в Моцарт весь отломанный сук, но в этот самый миг Иззи бросает нож, и тот пробивает дыру в его правомкрыле.