Книга Позор рода, или Выжить в академии ненависти, страница 169 – Анастасия Милославская

Мачеха идёт вперёд, я следую за ней. Она даже не оборачивается. Я вижу, как часто она дышит. Как поднимаются и опускаются её плечи. Кажется, она на грани истерики. У меня самой сердце пускается в галоп.

Сина сворачивает в какой-то широкий коридор со множеством дверей. Когда мачеха поворачивается боком, я вижу, как она нервно потирает брачное кольцо. Значит, я права. Они с Оскаром их зачаровали.

В коридоре куда меньше народу, я боюсь, что она обернётся и заметит меня. Но Сина толкает какую-то дверь и заходит в неё. Остаток пути я преодолеваю почти бегом.

Тоже тяну на себя дверь и вдруг понимаю, что мы вышли из здания.

Дракенхейм построен в виде круга в центре которого громадная арена, вырубленная в теле древнего кратера, который по преданиям Легенды выжгли драконьим огнём. Здесь до сих пор в воздухе витает запах серы и магии.

По периметру возвышаются трибуны, созданные из камня, который меняет цвет в зависимости от эмоций зрителей: от огненно-красного в моменты восторга до ледяного синего в предчувствии смертельного удара. Их зачаровал наш создатель — Теневой Бог-дракон, который сейчас мирно спит в своей колыбели, ожидая часа пробуждения.

Когда-то давно здесь сражались дракорианцы. Кровь павших въелась в песок, их магия впиталась в камень стен. Я знала, что это место существует, много слышала о нём, но никогда не бывала.

Это пережиток нашего жестокого прошлого. Его уже не используют много лет.

Зачем Сина пошла сюда?

Боги! Неужели Майрок и Оскар…

Я бегу вперёд, нисколько не заботясь, что мачеха, которая пропала из поля моего зрения, может меня услышать. Камень под ногами кажется горячим, словно до сих пор хранит жар древнего пламени драконов. Каждый мой шаг отдаётся гулким эхом, отскакивающим от стен арены.

Я замираю у края арены, неподалёку от лестницы. Арена простирается подо мной.

Мужское тело лежит в паре десятков метров. В самом низу. Чёрное пятно на песке арены. Даже отсюда я чувствуюзапах гари.

Магия. И сожжённая плоть.

Я сжимаю зубы, заставляя себя не отводить взгляда. Смотрю, как Сина бежит к распростёртому на земле телу. Ветер дует в лицо горячими порывами. Огненная магия всё ещё бурлит в воздухе.

Сина что-то кричит, я слышу отголоски будто сквозь воду. Не могу разобрать слов. В ушах гулко пульсирует кровь.

— Майрок… — я шепчу его имя сухими от огненного ветра губами.

Где он?

Неужели Флейм правда убил дядю?

Я должна ощущать освобождение? Радость?

Я ничего не чувствую. Просто смотрю, как упавшая на колени Сина трясёт безжизненное тело Оскара.

Внезапно отмираю, приходя в себя. Злой и отчаянный крик мачехи разносится по округе, заставляя меня сделать шаг назад.

Мне здесь не место. Я не смогу ей посочувствовать, но и злорадствовать желания нет.

Я ненавидела ублюдка, но его больше нет. Он не будет травить землю по которой ходит. И мы с братом свободны и можем выбрать свой путь сами.

Сина внезапно разворачивается и замечает меня. За её спиной вырастают ледяные крылья. Сверкающие, и такие хрупкие на вид, но я знаю, что они прочнее стали.

Я застываю, в груди загорается тревожное предчувствие.

Мачеха взлетает легко, я не успеваю моргнуть, как она поднимается вверх и опускается на каменный пол напротив меня, пылая гневом.

— Ты! Ты виновата во всём!

Её руки дрожат, её всю трясёт. Я замечаю, что Сина держит какой-то лист. На нём печать Дракенхейма.