Книга Огня дракону! или Микстура от драконьей депрессии, страница 123 – Ирина Котова, Валерия Панина

Миль-Авентис с признательностью взглянул на него и покачал головой.

– Нет, Омиши. Если ты только не знаешь, как спрятать что-то под носом у самого могущественного существа в мире так, что всех знаний этого существа не хватает, чтобы это найти. Особенно если в этих знаниях есть провалы.

– Я всего лишь скромный эксцентричный секретарь, лерд, – улыбнулся Омиши, – и не обладаю ни особой мудростью, ни знаниями. Но моя вторая жена всегда говорит: не можешь решить вопрос, отвлекись, и ответ сам придет.

– Нет времени отвлекаться, увы, – покачал головой ректор.

И тут из-за окна послышался шум… который четко сложился в рев сотен глоток:

– Миль-А-вен-тис! Миль-А-вен-тис!

– Что за… – дракон выглянул в окно и застыл. А затем, то ли рассмеявшись, то ли выругавшись, пошел к выходу. Русал бросился за ним.

* * *

Тиана заглянула в лечебницу – нужно было забрать стопку диагнозов, по которым студенты в оранжерее должны были определить, какое зелье какому больному поможет, самостоятельно собрать травы и приготовить оное зелье. Затем она побежала в подсобку – надеть поверх одежды плотный аптекарский халат, очки, взять инструменты.

За ее спиной скрипнула дверь.

– Магистр Риваль, мы подготовились по вашему заданию, можно начинать? – прозвучал голосок сирены.

– Конечно, начинайте пока без меня, – махнула рукой магистр, пытаясь справиться с пуговицами.

– Магистр сказала начинать без нее! – звучно крикнула сирена, и Тиана умилилась: ну какие инициативные и ответственные студенты!

Когда она через пять минут вышла из подсобки, в оранжерее было пусто и тихо, и только откуда-то от главного корпуса доносился крик сотен луженых глоток:

– Миль-Авентис! Миль-Авентис!

– Ох, Пряха, – в ужасе воскликнула магистр и побежала туда, где инициативные и ответственные студенты начинали что-то без нее.

* * *

Когда Миль-Авентис, готовый превратить всех нарушителей в реторты и колбы, вышел из секретарской в коридор, где находились двери на кафедры, он его сначала не узнал – все стены были заклеены бумажками. У лестницы стайка студенток продолжала клеить записки, но, увидев дракона, завизжала и рассыпалась кто куда. Драконсорвал один листок со стены и прочитал. Сморгнул и прочитал снова.

Он моргнул пару раз. Столкновение серьезной реальности в виде поиска злодея и этой студенческой самодеятельности заставило его на несколько мгновений замереть и проверить, не опоили ли его чем, не видения ли это все.

Нет, все происходило на самом деле.

– Ковыльяка бы сейчас, – проговорил он заторможенно.

– Я мигом, – обрадовался русал. И действительно, пока ректор шел по коридору, срывая и читая записки, приклеенные на какой-то слабый клей, метнулся в кабинет, налил стакан и принес начальству поправить нервы.

Стихи, восхваляющие ректора, были написаны на девичьих листках из розовых блокнотов, на эльфийской бумаге и гномских жестяных табличках, на орочьих шкурках и русальей ракушечной известковой глине. Их было так много, что дракон сначала раздраженно вздергивал брови, затем ухмылялся, а потом начал откровенно подхохатывать, читая про мужественный размах крыльев, справедливые драконьи лапы и прочие свои прелести.

– Ты организовал? – спросил Миль-Авентис, обернувшись на русала.