Книга Леди тьмы, страница 163 – Мелисса Рёрих

Повернувшись, Скарлетт увидела стоящую в дверях девушку. На ней было домотканое платье кремового цвета, которое резко выделялось на фоне бронзовой кожи. Темно-каштановые волосы девушки были заплетены в косу, у бедра кинжал, пользоваться которым ее научила сама Скарлетт.

– Откуда? – резко воскликнула Скарлетт.

– Ты ведь знаешь Малахая, – ответила девушка. – Он хитрый и пронырливый, подслушивает разговоры.

Скарлетт вздохнула.

– Кто еще знает?

– Только Малахай, Бахрам и я, – заверила девушка.

– Когда ты снова переезжаешь? – спросила Скарлетт.

– Завтра.

– Есть ли здесь помещение, которое я могу использовать?

Кивнув, девушка повела их прочь из комнаты. Пройдя по короткому коридору, она остановилась перед каким-то кабинетом.

– Вам что-нибудь предложить? – спросила она, распахивая дверь.

– Нет, Линнея, ничего не нужно. Спасибо, – поблагодарила Скарлетт.

Линнея кивнула, улыбнулась Сорину и оставила их, закрыв за собой дверь. Кабинет был совсем маленьким. В центре стоял письменный стол, вдоль одной стены – узкий диван, вдоль другой – книжный шкаф. Скарлетт заняла кресло за письменным столом, положив на него ноги и взметнув в воздух облачко пыли.

– Сколько ты насчитал тех, кто отличается? – спросила она, глядя на Сорина.

– Что?

– Сколько их? – повторила. – Сколько из них не люди?

– С чего ты решила, что они не люди? – возразил он.

– Потому что Нури – дитя ночи, Кассиус, похоже, потомок ведьм, а я, судя по всему, фейри. Мы с детства знали, что не такие, как все, и подавляющее большинство детей, которыеоказываются здесь, тоже со странностями. Вот почему на них охотятся, а Высшие силы проходят обучение и узнают полезные сведения, – пояснила Скарлетт. – Кто из моих невинных детей будет следующим?

Сорин уставился на нее, осознавая сказанное и мысленно собирая из разрозненных кусочков целую картину.

– Но… с какой целью? Зачем красть детей, чтобы потом их убить?

– Вот это, генерал, тебе и предстоит выяснить, – подхватила Скарлетт. – Так сколько всего?

Сорин покачал головой, присаживаясь на маленький диванчик.

– В большом зале слишком много запахов, а мои чувства фейри здесь притуплены. Я не мог учуять Нури, пока не пролилась ее кровь.

– Для этого мы принимаем специальное средство, приглушающее запахи, – пояснила Скарлетт. – Мое подмешано в отвар.

– Ты же не знала, что Нури вампир, – возразил Сорин.

– Нет, но рискну предположить, что наши ежедневные снадобья делают больше, чем нам изначально говорили. Мое так точно. А дети ничего не принимают. Только если их не вербуют различные предприятия, – пояснила Скарлетт.

– Многие из тех, кто находится в большом зале, полукровки. Некоторые могли бы проявить магию по достижении совершеннолетия – при наличии должных условий. А чистокровных я учуял троих, – ответил Сорин.

– Кто?

– Малахай – дитя ночи.

– Вампир? – ахнула Скарлетт, подняв брови.

Сорин утвердительно кивнул.

– Интересно, – протянула она, в раздумье склонив голову. – Это объясняет похищение его младшего брата.

– У него есть младший брат?

– Был, – поправила Скарлетт, и ее глаза потемнели. – Кто еще?

Сорин сглотнул.

– Та, которая привела нас сюда.

– Линнея?

– Она ведьма, – ответил Сорин.

– И?

Губы Сорина дернулись в усмешке.

– И Тула.

Убирая со стола ноги, Скарлетт чуть не упала с кресла.

– Что?

– Она оборотень.