Книга Леди тьмы, страница 127 – Мелисса Рёрих

– Дело не в том, что я не доверяю тебе, Сорин, – помолчав немного, возразила Скарлетт. – То, что я влюбила в себя принца, не идет ни в какое сравнение с другими поступками. Боюсь… того, какими глазами ты на меня посмотришь, когда услышишь мою историю.

– Я живу на свете много веков, Скарлетт. Уверяю, в свое время я совершал куда более чудовищные вещи, – мрачно объявил он.

– Я притворяюсь другими людьми, ношу столько масок, потому что если бы я делала выбор, чтобы защитить тех, кого люблю, будучи самой собой… я бы смотрела на истинную себя с ненавистью и отвращением.

– Твои друзья, которые знают, о чем ты толкуешь, отнюдь не смотрят на тебя с отвращением.

Скарлетт разразилась беззлобным смехом.

– Мои друзья видят меня такой, какой им нужно. Для Дрейка я младшая сестра вроде Тавы,которую нужно оберегать. Для Тавы – интересное создание, которое одновременно и очаровывает ее, и страшит. Для Нури – ее близнец, злой, темный и необузданный дикий огонь, который бушует, когда его выпускают на волю.

– Ты забыла о Кассиусе. Кто ты для него?

– Что бы кто ни думал, мы с Кассиусом не любовники и никогда ими не были. Для Кассиуса… я – место, где он может присесть и передохнуть в мире злобы и борьбы, и то же самое он значит для меня.

– Как бы ты хотела, чтобы тебя воспринимали другие?

– Не знаю ответа на этот вопрос. Мне никогда не давали права принимать подобные решения.

Сорин надолго замолчал.

– Расскажи о том, что случилось той ночью, Скарлетт.

– Нет, – прошептала она. – Некоторые воспоминания лучше оставить в прошлом.

– Тогда поведай, как ты познакомилась с наследным принцем.

Скарлетт пристально посмотрела на него.

– Пути назад не будет, генерал. Если я расскажу этуисторию, тебе придется хранить все мои секреты, иначе под угрозой окажусь не только я. Поэтому, полагаю, мне стоит спросить кому ты на самом деле предан? Короне этого королевства? Или людям, которые не могут себя защитить?

– Ты способна сделать куда больше, чем просто себя защитить, – ответил Сорин со знающим видом.

– Я подружилась с принцем не ради собственной безопасности, которая никогда не являлась… первостепенной заботой. Я сделала это ради безопасности невинных детей в нашем доме.

– В Черном синдикате? Это же район воров, преступников и наемников. Разве подобные люди не в состоянии защитить детей?

– Действительно, – мрачно сказала Скарлетт. – Могу ли я настолькодоверять тебе, Сорин? Раскрыть слабости моих людей? Или твой долг перед королем и лордом Тинделлом перевесит тайну исповеди?

– Хоть я и работаю на короля этой земли, Скарлетт, я всегда был верен собственному народу.

Скарлетт задумалась. Его народ находился на севере, а также, как она полагала, на юге и востоке. Девушка глубоко вздохнула.

– Три года назад из Черного синдиката начали пропадать дети. Сироты и беспризорники, однако они никогда не были предоставлены сами себе. Некоторых забирали для обучения различным видам деятельности Черного синдиката, как, например, Нури и Кассиуса. Но и за прочими тоже присматривают, для них всегда есть еда и кров. Они не голодают и не нуждаются в предметах первой необходимости. Мы всегдазаботимся о своих. А тут не уследили.

В других районах, скорее всего, никогда бы не заметили, что с улиц пропадают сироты. Они исчезали глубокой ночью, прямо из-под носа, и даже мы с сестрами, самые опасные и опытные в королевствах, не смогли их выследить и найти. Сначала недосчитывались ребенка-другого, то тут, то там. Потом это стало происходить все чаще. Дети были страшно напуганы, не хотели выходить на улицу. Они потеряли доверие к нашей способности обеспечивать их безопасность.