Книга Три дня до смерти, страница 17 – Келли Мединг

— Ты даже близко не представляешь, как я рад тебя видеть, — сказала я. — Думала, что схожу с ума.

— Прости, Эви, — прошептал он. — Мне так жаль.

— Чего жаль?

Он напрягся. Я отпрянула на расстояние вытянутой руки. Он сжал губы в тонкую линию, пристально вглядываясь почерневшим взглядом в мои глаза, словно выискивая там… что-то. Яркие пятна появилисьна его потемневших от щетины щеках, а у меня от его пристального взгляда закружилась голова.

— Эви, что ты помнишь? — спросил он.

Мне не нравилось как это прозвучало. Я снова попятилась от него, оставляя между нами расстояние в несколько футов.

— Помню, как триады атаковали клан Уолкин, убивая их лишь потому, что они прятали меня. Я позвонила тебе, потому что не знала, что делать. — Но мои воспоминания по-прежнему обрывались на том, как я пробиралась по городской улице к месту нашей встречи.

— Это было неделю назад, — сказал он.

— Без шуток? Ты не против заполнить мои пробелы?

Отчаяние исказило черты его лица. Я прикусила щеку, сжала кулаки, сопротивляясь сильному желанию снова его обнять. Что-то случилось со мной, что-то очень плохое.

— Вайят, что случилось? Как я умерла?

Он мерцающим взглядом посмотрела на моё плечо:

— Ты ранена.

— Я в порядке. — Как ни странно, но ножевая рана меня больше не беспокоила. Осталось что-то похожее на раздражающий зуд. — Как я умерла?

Он похромал к одной из сушилок и открыл дверцу. Смятое белье повалилось на пол. Вайят положил драгоценный камень на сушилку и начал перебирать одежду. Я взглянула на камушек, подумав, что именно он играл для Вайята роль плаща-невидимки, и сколько он за него заплатил.

— Вайят?

— Хорошая цепочка.

Я коснулась крестика, висящего на моей шее.

— Не меняй тему.

Он проверил пояс на джинсах и, удостоверившись, что они подходят, бросил их на стол в центре комнаты.

— Я должен был быть там, когда ты очнёшься, — проговорил он, возвращаясь к поискам. — Но ты не вернулась туда, где мы тебя ждали. Знаешь, даже мертвая, ты чертовски вредная.

Я улыбнулась на такую знакомую подколку. Всегда предпочитала сомневаться в его приказах, а не слепо следовать им, и это его бесило. Так же как бесились мои напарники, когда были живы. Даже если я не права, всё веселье заключалось в самом споре.

— В следующий раз получше оставляй след из хлебных крошек, и я постараюсь воскреснуть в нужном теле, — ответила я.

Он бросил хлопковую рубашку поверх джинсов и встал. Побелевшие губы сжались, в глазах отражалась мука. Мои внутренности скрутило в узел. Я такая сука. Он стоял здесь, передо мной, истекая кровью, а я продолжаю приставать к нему, требуя ответы на свои вопросы.

— Снимирубашку, — сказала я, подходя ближе.

Вайят вопросительно выгнул бровь.

Я закатила глаза:

— Позволь мне осмотреть рану, болван.

Я потянулась за рубашкой, но он перехватил мою руку. От его прикосновения дрожь прокатилась по руке. Я испуганно на него посмотрела. Что-то опасное промелькнуло в его взгляде и тут же пропало. В голове раздались тревожные звоночки.

— Это сделал я, — произнес он.

— Сделал что?

Его плечи опустились. Он буквально излучал мучительную боль. Затем убрал руку с моего плеча, и мне стало тоскливо без его прикосновения. Только на мгновение, потому что потом он произнес слова, разрушившие всё:

— Я убил тебя.