Книга Три дня до смерти, страница 160 – Келли Мединг

Вайят мертв. Я должна жить. Навсегда запертая в чужом теле, с жизнью Чалис, спрятанной в глубине моего сознания. Живая. Целая. И в ярости.

Я вижу, как она идёт по кампусу колледжа, с трудом удерживая слишком большое количество книг и стаканчик с кофе. Неуклюжий, торопливый молодой человек толкает её, роняя книги на землю, проливая кофе на свои брюки цвета хаки. Алекс. Он собирает её книги, улыбаясь ей своей солнечной улыбкой. Я чувствовала её любовь к нему —искреннюю привязанность к нежной душе, которая приняла Чалис вместе с её тараканами в голове и всем остальным. Его судьба так несправедлива.

Как я могла видеть всё это? Чалис Фрост была давно мертва, её душа обрела покой. Была ли память чем-то большим, чем просто сознание? Неужели какая-то часть осталась после смерти, и её тело несло в себе часть памяти, как и душа? У меня было достаточно проблем с моими собственными воспоминаниями и эмоциями; мне не нужно, чтобы кто-то другой давил на мою голову.

Серый свет померк. Всё ещё обнимая Вайята, я больше не чувствовала под собой твердый асфальт. Приторный запах земли и листьев насторожил меня прежде, чем успела, как следует осмотреться. Совершенно случайно я перенесла нас обоих в лес. Я всё ещё слышала отдаленный гул голосов, случайные всплески выстрелов, остаточный запах взрыва.

Неужели освобождение от чар Товина сделало меня достаточно сильной, чтобы я могла переносить не только себя, но и других? Подтверждением этого стало наше новое место, и очень слабая боль между глаз. Всё мое тело гудело от энергии. Она втянулась в меня, как спасательный трос в саму землю. Полностью завладев телом Чалис, я подключилась к разрыву и была бессильна его отключить.

Опустила Вайята на ковер из листьев. Голова его склонилась набок и лежала неподвижно. Я коснулась щеки, лба, запоминая его лицо. Месть не была так хороша, когда я сводила счеты за себя, но чувствовала, что месть будет восхитительной на вкус, когда поквитаюсь с Товином за смерть Вайята.

Что-то ткнулось мне в бедро, когда я собиралась встать. Сунула руку в карман джинсов, кончики пальцев скользнули по чему-то твердому и горячему. Кристалл, который дал мне Хорзт. Я вытащила его и зажал между указательным и большим пальцами. Прозрачный кристалл стал мутно-белым и на ощупь казался огненным. Словно он пульсирует собственной жизнью.

Когда придёт время, ты будешь знать, что с ним делать.

Крошечная надежда ярко вспыхнула в глубине моего сознания, но я отказалась поверить в это. Слишком много, чтобы всерьёз рассчитывать на чудо. Я потеряла всех, кого любила. Вайят не исключение. Так почему же кристалл горел собственной жизнью?

Я развязала пропитанную кровью бандану на руке Вайята и разорвала рукав рубашки. Рана была небольшой, может быть, размером с десятицентовик.Подняла заостренный кончик кристалла над пулевым отверстием. Мой желудок затрепетал. Не смея верить, толкнула кристалл внутрь, вниз через разорванную плоть, пока он не исчез, полностью скрытый потёкшей кровью. Я держала руку над ним, не зная, что делать дальше.

— Пожалуйста, — проговорила я.

Кожа под моей рукой потеплела — от кристалла или от моего давления, я не знала. Твердая поверхность кристалла смягчилась, и я больше её не чувствовала. Казалось, кристалл растворился в нём. Став ещё горячее, всего на мгновение, быстро остыл. Я выпустила его и стёрла засохшую кровь. Кожа на руке Вайята, когда-то порванная, была цела. Проверила другую сторону — выходного отверстия нет.