Книга Три дня до смерти, страница 123 – Келли Мединг

— Эви…

— Только не говори мне, что это не моя вина, Вайят. — Повернулась к нему лицом. — Это моя вина, потому что я чертовски сильнее этого!

Он не двигался, застыв на полу от вспышки моей ярости. Я не могла прочесть выражение его лица, да и не пыталась. К чёрту то, что он чувствовал; дело было не в нём. Дело было даже не во мне. Речь шла о проклятом гоблине и о том, чтобы выбросить это чёртово воспоминание из головы.

— Помнишь тех полукровок, которых мы взяли прошлым летом? — спросила я, слова лились из моего рта. — Помнишь, как один из них держал меня и систематически ломал каждый палец на моей левой руке? Я исцелилась и пошла дальше. Или кота-оборотня, который ударил меня ножом два года назад, или все сломанные кости, когда меня столкнули с трехэтажного здания три Рождества назад?

Это то, что я делаю, Вайят, я излечиваюсь. Прихожу в себя и продолжаю жить своей жизнью. Чёрт, на этот раз мне даже не пришлось лечиться. Судьба просто дала мне новое тело и сказала «развлекайся снова, подруга». Она даже была достаточно жестока, чтобы дать мне тело, которое настойчиво даёт мне знать о том, как мы подходим друг другу голыми, но я даже не могу поцеловать тебя, не вспомнив этого грёбаного гоблина. Чёрт возьми!

Вайят медленно встал,но ловко держался на расстоянии. Мои кулаки ныли от желания врезаться во что-нибудь мягкое, а он был единственной доступной мишенью. Я сжимала и разжимала их, впиваясь ногтями в ладони. Комната накренилась. Я цеплялась за свою ярость — единственный спасательный круг, удерживающий меня от разрушения

— Почему я должна это помнить? — прошептала я, обращаясь с мольбой ко всем существующим богам и надеясь на ответы, чтобы понять, почему сменила забвение на чистилище, а беспамятство — на воспоминания о живом аду.

— Как бы я хотел забрать все эти воспоминания обратно, — сказал Вайят. — Их все. Стереть всё, что произошло в той камере, но я не могу.

— Чтобы ты мог целовать меня, не вызывая в памяти прожитое? — прорычала я.

— Нет, Эви. Потому что я не смог спасти тебя от этого в первый раз и потому что теперь заставляю тебя пережить это снова. Ты этого не заслуживаешь.

— Может, и заслуживаю.

У него отвисла челюсть.

Я не дал ему шанса.

— Я убийца, Вайят. Я делала ужасные вещи с живыми существами, заслуживающими того или нет. Вчера я подстрелила невинного человека. Из-за меня убили Алекса. Я уничтожила Уолкинсов. Столько людей погибло из-за меня, а я всё время возвращаюсь. Не убиваемая Эви Стоун. Какого чёрта я получаю девять жизней?

— Не делай этого. — Вайят уверенно двинулся через комнату. Я отступала, пока не уперлась спиной в стену, подняв руки, готовая нанести удар. Он продолжал приближаться, остановившись лишь на расстоянии фута между нами, ни разу не коснувшись меня. Я вздрогнула, мне некуда было идти.

— Что Келса с тобой сделала? — проговорил он. — Ты и тогда этого не заслужила и уж точно не заслуживаешь сейчас. Ты хороший человек. Ты спасла жизней в сто раз больше, чем когда-либо забрала.

Я отвернула голову, уставившись на занавеску ванной. Мне не нужны были его успокаивающие слова. Мне хотелось закипеть от собственной ярости, поддаться отчаянию в своём сердце. Оплакивать всё, что я потеряла.

Он коснулся моей щеки. Я ударила его кулаком в рот. Кулак заныл, а Вайят оказался на полу прежде, чем я поняла, что сделала. Он уставился на меня, на его разбитой губе выступила тонкая полоска крови. Смотрела, как она набухает, пока кровь не потекла по его подбородку. Я не могла отвести взгляд от того, что сотворила. Причинять боль кому-то,о ком я заботилась, из злости. Слепая ярость, если быть честной. Закрыла глаза. Две слезинки обожгли мои щеки. Когда снова открыла их, Вайят уже начал вставать. На более безопасном расстоянии.