Книга Обратная сторона смерти, страница 88 – Келли Мединг

— Хорошо. Будь осторожен.

— Ты тоже.

Мы вышли с разных сторон строительной площадки и через несколько минут забрались в фургон. Я без спроса села на пассажирское сиденье, остальная часть отряда Бэйлора ввалилась в кузов.

— Что теперь, босс? — спросил Пол.

— У нас больше информации, чем раньше, — ответил Бэйлор, — но мы по-прежнему не знаем, где искать Тэкери или пропавших терианцев. У кого есть источник, который может оказаться полезным?

Я отключилась, пока остальные обсуждали нескольких имевшихся у них информаторов. Два моих крупнейших источника информации больше не доступны. Макс, горгулья, которому я доверяла, пока он не повернулся ко мне спиной, покинул город несколько месяцев назад со своим ковеном. Смеджа, тролля с моста, я не видела со второго дня своего воскрешения. Он был хранителем Земли для фейри, и я вряд ли встречусь с ним снова, разве что как с врагом.

В некотором смысле я скучала по разговорам с его большой цементной головой и звуку его голоса, доносящегося сквозь заросли тростника. Он был частью земли, двигался по ней, как рыба по воде, и за эти годы дал мне много полезной информации.

— Стоун?

Я посмотрела на Бэйлора.

— Что?

— Есть какие-нибудь мысли?

Я чуть не сказала «нет, все мои информаторы уехали из города». И тут мне в голову пришла мысль, от которой я чуть не рассмеялась.

— Знаешь, на какую фабрику перевели гремлинов в прошлом месяце?

— Да. А что?

— Тебе нужна информация? Где ближайшая пекарня?

8:15 утра

Все гремлины города раньше обитали на заброшенной фабрике по производству картофельных чипсов на окраине Мерси-Лота. Вокруг нее было много других фабрик, как заброшенных, так и работающих. Несколько кварталов превратились в кладбище индустриальной эпохи. В городе находился старый металлургический завод, который превратился в модный ресторан на Блэк-Ривер, откуда когда-то давно на юг отправляли чугун и сталь.

Почти два месяца назад Джина Кисмет убедила гремлинов переехать на новую фабрику, а затем сразу же попыталась взорвать меня на старой. Я с трудом выжила, а гремлинам достались совершенно новые норы недалеко от доков, в которых они устраивали гнезда и наполняли бочки своей мочой, которая воняла как алкоголь. Непонятно, почему они хранили свою мочу вместо того, чтобы просто пописать на землю. Новая фабрика была больше их бывшего жилища, более длинной и в ней четыре этажа, с множеством окон, заклеенных обоями, и окружал ее высокий сетчатый забор с колючей проволокой.

Бэйлор припарковался у забора, со стороны реки, рядом с не работавшими воротами и заброшенной будкой охраны. Он вылез из машины и зашел в будку. Дверь фургона все еще была открыта, и я услышала, как он сказал кому-то знакомые слова:

— Да будет благословен Балленджи.

Ворота заскрипели и загудели от электричества. Потом отъехали вбок по дорожке, которую я раньше не заметила.

— Будь я проклята, — выдохнула я.

Казалось, гремлины научились использовать технологии в своих интересах, а не просто уничтожать их, сея хаос.

Мы проехали по узкой полоске парковки. Дверь гаража со стороны фабрики открылась, и Бэйлор завел фургон внутрь здания. Внутри помещение тускло освещалось солнечным светом, что проникал через закрытые окна. Большая часть фабрики справа от нас была отгорожена кучей хлама. Коробки, металлическая обшивка и старые столы — всё слиплось, как самые причудливые в мире пчелиные соты.