Книга Аир. Хозяин болота, страница 97 – Даха Тараторина

А Ива обхватила его лицо ладонями и поцеловала. Томительно долго и нежно. И не было в этом поцелуе ни покорности перед нечистой силой, ни испуга первой влюбленности. Уверенны и тверды были ее движения: ее мужчина! Сама его выбрала! И что угодно могут болтать люди, а она, Ива, вернее всех знает правду!

Отшагнула назад и стянула рубаху через голову. И так прекрасна, так невинна она была в своей наготе! Не пыталась прикрыться или, как могла бы кокетка навроде Салы, встать так, чтобы грудь вздымалась выше. Замерла, опустив руки вдоль тела. И стеснение ее выдавали лишь растекающиеся по бледной коже алые пятна.

Хозяин болота верил и не верил. Вот она – целиком доверившаяся, нагая… прекрасная. Его. Во рту пересохло, точно он впервые узрел запретное. И краткий миг все тянулся, тянулся… Вот шагнет к ней – и развеется. Дуреха докумекает, что натворила, закричит, схватит одежду, и деру! Но Аир шагнул, а Ива не сдвинулась с места. Ладонь скользнула по плечу девушки и замерла, не коснувшись груди. Аир улыбнулся и прижал ее к себе.

– Это не та плата, которую я хотел.

Смущение отхлынуло от ее щек, сменившись растерянностью и… обидой?

– Чего же ты хотел?

Подцепил пальцем ее подбородок, заставил приподнять голову. Почему же он раньше не замечал, как красива и как не похожа на ту, первую, эта девушка? Упрямая. Уверенная. Стоит на своем и не отступится, хоть перед целой деревней, хотьперед всем миром! Таких больше нет…

– Моей назовись.

– Я и так твоя…

Хозяин болота засмеялся. Вот уж не думал он, что станет переживать, что там ответит какая-то девица из Клюквинок!

– Женою моей назовись, – попросил он. – Не невестой.

Ее ресницы дрогнули, и вдруг подумалось: а если откажет? И не в том дело, что без жены из селения Хозяин болота не войдет в силу, не в том, что месть, лелеемая столетием, не свершится. Если Ива откажет, случится нечто куда страшнее! А вот что… Этого Господин топей не ведал.

– Стану тебе женой, – тихонько ответила Ива.

И что-то глубоко внутри засияло не меньше, чем лунное озерцо. Черная муть, составляющая все его существо, словно бы отступила. Аир поднял девушку на руки, и та прильнула к нему, поверив: не обидит, не причинит зла. А он и не причинит. Ей – никогда!

Он пошел вместе с нею в воду как был, прямо в одежде. Не стоит обнажать свою наготу, мало ли к чему приведет подобное легкомыслие. Рано покамест. Ива ему не жена, лишь обещанная любимая. И до свадьбы надобно соблюсти еще один обряд.

Вода была жидкое серебро. Она обволакивала тело и стекала не каплями, а чистейшим светом. Таких проводов достойна невеста Хозяина болота! Не лунной дорожки, а лунного ложа! Капли взмывали вверх и зависали в воздухе. Ива завороженно глядела на них, а Аир – на Иву. И казалась она ему прекраснее всех лесных чудес, на которые уж он за сто лет нагляделся.

Он крутанулся, и Ива, смеясь, раскинула руки, ловя летающие звезды. Те закружились вокруг влюбленных вихрями, зазвенели, как колокольчики на тройке небесного бога, и взорвались светом. А она все смеялась и смеялась. И не было в целом мире никого и никогда. Ни той, что когда-то предала Аира, превратив в жителя трясин, ни деревни Клюквинки, ни самого Хозяина болота никогда не рождалось. А она – была. Глупая зеленоволосая девка.