Онлайн книга «Аир. Хозяин болота»
|
– Смотри, смотри, что натворила! – напутствовала она. Тогда Ива бросилась к приоткрытым ставням – единственному источнику света в темной комнате. Она успеет вылезти и пересечь двор, прежде чем ее догонит обезумевшая от горя мать. А потом послушается родных и вовсе перестанет ходить по деревне в одиночку. Но, стоило распахнуть окно во всю ширь, как кто-то болезненно застонал. – Матушка… Матушка… Бо-о-о-ольно! Глаза! – Бран? Ива не сразу разглядела кровать и лежавшего на ней. А и разглядела бы – не узнала. Бран исхудал, кожа его иссохла и местами потрескалась. Из цветущего красавца, который легко удерживал ее одной рукой в урожайную ночь, он превратился в сожранного болезнью мученика. – Кто здесь? Но разглядеть фигуру возле светлой выемки окна он не сумел: глаза заслезились, кузнец прикрылся ладонью и тяжело закашлялся, свесившись с кровати. Ива и сама не поняла, зачем подбежала к нему и подхватила, не дав упасть. Ей бы злорадствовать… Но иное чувство въелось в сердце. Бран показался легким, как ребенок. Она уложила его, поправила подушки… И только тут заметила страшное. Лучше бы и не замечала. Лучше бы вовсе за версту обходила дом кузнеца. Бран кашлял черной болотной жижей. Ее кляксы покрывали пол, подушки и одеяло, темнея зияющими ранами. Слезившиеся глаза тоже плакали не прозрачной влагой – они плакали черным и тягучим. И запах… Нет, вонь! Болотный смрад, неспособный выветриться, пропитал избу. Так въедается запах умирающего, но пока дышащего человека. Однако же все понимают, что недолго ему осталось. Понимают и, как бы ни желали смягчить последние дни больного, спешат оставить его одного. – Что же я натворила… – Ива бессильно опустилась на край кровати. Смочила в приставленной плошке тряпицу, вытерла почерневшие от яда губы кузнеца. – Прости меня, Бран… Он с трудом приподнял веки: – Ива… Ты? – Я… Все еще здоровенная, но уже лишенная силы лапища кузнеца поймала запястье девушки. Та было дернулась, но заставила себя не вырываться: кому уж теперь Бран навредит? Губы его судорожно задвигались, и Иве пришлось склониться, преодолевая отвращение. Не к черной грязи на коже кузнеца, нет. А к тем губам, что клеймили ее урожайнойночью. – …не человек, слышишь? Не человек он!.. Убить хотел… Здесь… Он не ушел, я знаю!.. – Глаза Брана широко раскрылись от ужаса. – Он меня найдет! Найдет и довершит дело! Он сжимал ее руку, прикрываясь девушкой, как щитом, от невидимого врага. Ива лепетала, но никак не могла успокоить его: – Никто не придет за тобой, Бран! Тут нету никого, слышишь? Никого, только я! Она гладила его по слипшимся волосам, утирала пот. – Что угодно сделаю! Пусть оставит, оставит меня в покое! – хныкал Бран. – Не хочу! Не хочу умирать! Не хочу, чтобы он смотрел, как я захлебнусь! Я боюсь, боюсь! Там черно, там холодно… Там… ничего… Она почти убаюкала кузнеца, когда порыв ветра ударил ставнями по стенам. Свет вспорол темноту комнаты, осветив Иву и на миг ослепив больного. Бран взвыл, а потом наконец рассмотрел гостью. Зеленые волосы рассыпались по плечам, а глаза ее светились потусторонним зеленым огнем. Кузнец закричал: – Это ты! Ты пришла за мной! Ты – его! Не хочу! Не пойду, не стану! Невесть откуда взялись силы, чтобы вскочить и опрокинуть на пол девушку. Кузнец навис над нею, схватив за горло. |