Книга Аир. Хозяин болота, страница 31 – Даха Тараторина

По лету явились к ней сваты. И все честь честью: жених хорош, высок и статен, сватовство, как бабки завещали, обрядовые блинцы на славу удались. А все девице не в радость, все смотрела она на черную чащу, вздыхала, не спала ночами, когда туман тянулся через холмы к деревне…

Сказывают, коли однажды повелась с нечистой силой, не жить тебе среди людей. Верно сказывают. Девица ушла в лес в ночь перед свадьбой. Не прибрала волос и котомку на плечо не закинула. Только младшенькую поцеловала на прощание.

– Не держи зла, сестрица, – попросила она. – Быть мне женой Хозяина болота. Иначе свет не мил.

Девицу нашли уже утром. Расспросили младшенькую и докумекали, где искать. Она лежала в белоснежной рубахе на черной глади болота, раскинув руки, как крылья. Смотрела в небо, а улыбка так и застыла на губах. С ней ее и похоронили.

С той поры Хозяин болота ищет свою невесту. Богами ему заказано покидать чащобу, а мудрые старики еще и поставили околицу на четырех железных столбах, дабы освященный огнем металл отпугивал зло. Но ежели какая девка по недосмотру али глупости забредет к запретной границе, ждет ее одна участь: утащит ее к себе Хозяин, сделает бездыханной невестой. И никто боле добрым словом ее не вспомнит.

Иве снился сон. В том сне было черное болото и зеленые огни, похожие на глаза. Они заманивали ее, босоногую, в трясину, звали и все силились что-то сказать. Ива прыгала с кочки на кочку, надеясь поймать те огни, забредала в непроглядную чащобу и давно уже потеряла дорогу, по которой пришла. Но огни все не давались в руки.

– Покажись, не прячься! – взмолилась девушка.

– Убоишься!

– Не убоюсь! Покажись!

Ива потянуласьза зелеными огоньками, вот-вот достанет! И тогда из черного болота поднялся…

Ива вздрогнула и проснулась. Бабка Алия сидела рядом, гладила ее по волосам и слепо смотрела куда-то туда, куда зрячим хода нет. Остывший вар плескался в кружке, и в него, сбегая по морщинистым щекам, капали слезы.

Ива вернулась в деревню позже прочих девок. Слава богам, те не польстились зло пошутить над мавкой и не вывернули все белье в реку, но и забирать с берега не стали. Ива собрала одежу, подняла отяжелевшую лохань и пошла к околице. У ворот остановилась, нерешительно потопталась на месте и, пока никто не видит, оттянула край плетня: столб, держащий створку ворот, и в самом деле был железный. Диво ли, им, малым детям, слушавшим сказки слепой Алии, ни разу не пришло в голову проверить, правду ли баяла бабка! А теперь по всему выходило, что правду!

Вот только не отпугнул освященный огнем металл зло: Хозяин болота все же вошел в деревню. Или, быть может, тот, кто ковал это железо, сам не был достоин божественного огня?

Домой предстояло идти мимо кузнецова дома. И уж Ива не сомневалась, что ей там не преминут помои под ноги выплеснуть. Оттого она не спешила, тянула как могла. Завернула к колодцу – водицы испить. Провернула ворот, вытягивая ведро, наклонила, отхлебнула…

– Тьфу! Тьфу, гадость!

Не дело обижать духов воды, но тут уж девка не утерпела: водица на вкус была что прокисшее молоко. И только теперь Ива догадалась заглянуть в ведерко: изнутри оно покрылось липким зеленым мхом. Комья грязи плавали по поверхности, где-то у дна шмыгнул головастик. Ива выплеснула воду и наново опустила ведро в колодец. Прокрутила ворот… И опять достала лишь болотную жижу. Выплеснула, достала… И снова!