Онлайн книга «Аир. Хозяин болота»
|
Вот когда старик в полной мере понял, что пора на покой. Уж не так резв, как в былые времена, да и разум не так остер… Хорошо хоть тело не подвело, вспомнило вбитые когда-то давно знания. Он уклонился, неуловимо выгнувшись назад, и нож лишь зацепил рубаху на животе. Был бы хорошо заточен – раскроил бы ткань и проскочил. Но оказался маленько туповат, поэтому запутался в крепком льне и оцарапал. Некоторые помнили, что в молодость Нора, когда Клюквинки еще приходилось защищать от ватаг нахальных разбойников, Нор становился в первых рядах. Так что и царапина, оставленная Приной, стала далеко не первой меткой на его коже. Старик ударил женщину по запястью, но сила стала уже не та, и рукоять не вылетела из ослабевшей кисти. Прина же пустила в ход ногти. – …забрали у меня сына! Забрали дите!.. – доносился вой сквозь плач. Псица, кинувшаяся защищать хозяина, остолбенела, вскинула морду и тоже завыла. Уж она-то знает истинный звук горя! Уж она-то понимает мать, лишившуюся последней отрады! Еще удар – на этот раз по голени, и женщина упала на колено. Нор заломил ей руку, выхватывая оружие, ткнул носом в грязь. – Стар! Стар! – заорал он. Сын, уже и так спешивший на звуки возни во дворе, аккурат выскочил на крыльцо: – Батька? Высокие ступени он перепрыгнул единым махом, но староста уже в помощи не нуждался. Стараясь не показывать, каких усилий это ему стоит, он удерживал Прину. На сына же смотрел испытующе, точно не сразу решил, что именно ему сказать. – Вот что, Стар, – удивительно спокойно заговорил наконец староста. – Запри бабу в клеть. Дай ей самогона покрепче и поесть. Опосля возьми пекаря да лопаты. И сходите на стоянку за полем. Там… труп лежит. Наверное. Коли и впрямь найдете, схороните от греха, пока никто не наткнулся. И это… – Нор задумчиво пожевал губами. – Глянь, как умер. Понятливый старшенькийпоглянул на затихшую Прину, на отца… Кивнул и свистнул псицу, что хоть и стара, а нюха не потеряла. – А я схожу мавку проведаю… – нехотя закончил староста. Случаются вещи, которые делаешь с легким сердцем, спешишь, чтобы поскорее взяться. А случаются иные: за любую мелочь зацепишься, чем угодно себя займешь, лишь бы оттянуть. Приплатишь, чтобы кто другой сладил! Дело, что предстояло старосте, было из последних. Он уж и мясника отчитал, что тот пытался втихаря сбыть товар втридорога, хотя Нор строго-настрого запретил цену поднимать; и оттягал за ухо пацаненка, привязавшего к хвосту облезлого кота погремушку из каштанов; и бабу, выплеснувшую помои под забор соседке, припряг отмывать прямо в дождь. Но изба Ивы неуклонно приближалась. Пока Нор пересекал двор, щенок-подросток трусливо рыкнул, не вылезая из будки. Вдовец вздохнул и отворил дверь. – Да чтоб тебя нечисть на елку голым задом посадила! – плюнул он. В кухне за столом сидела зеленоволосая девка. Живая и здоровая. Лелея носилась окрест и бессвязно причитала, Ива же сложила ладони на коленях и только повторяла: – Да, матушка. Конечно, матушка. – Сейчас за отцом пошлю… Как можно?! Да я ей зенки-то выцарапаю… – Не надо за отцом… Я и тебе бы не говорила… Когда Нор осторожно кашлянул, обе разом замолчали, а потом Лелея бросилась к старосте и схватила его за грудки, точно это он провинился. – Что ж это деется? Что деется, спрашиваю?! Ты слышал, старый? Средь бела дня чуть дочь мне не зарезали! |