Книга Восьмая наложница, страница 63 – Юлия Буланова

Если Старшая Госпожа и удивилась просьбе Киана, то виду не подала. Да и сама просьба у нее никакого протеста не вызвала.

Полагаю, она рассудила, что Джиндзиро ничем не хуже других принцев. Да, и не на трон бывшая Императрица его сажает. Лишь помогает обеспечить мальчику безопасность. А что Исао и ее невестка пятого принца недолюбливают, так для старухи это лишь в радость. Тем двоим сделать пакость она ни за что не откажется. Но никакого гениального плана старуха предложить так и не смогла.

Не было такого, чтобы принцы покидали Золотой Город раньше тринадцати лет.

Мы тоже пребывали в некоторой растерянности. До вечера следующего дня. Пока Император не пригласил свою многочисленную семью на чаепитие в саду. Мероприятие, затеянное с одной единственной целью — показать Киану, чего он был лишён. Наложницы в ярких платьях, напоминали экзотических птичек. Даже мне пришлось сменить простое платье на карминовый шелк. Императрица на утреннем приветствии строго указала, как нам следует приветствовать принца Киана. Она вещала долго, путано и аллегорично. В переводе на человеческий язык: младший сын ее почившего господина должен сдохнуть от зависти при виде нас.

Какое-то время здесь присутствовали маленькая принцесса и все четверо принцев. Однако, младенцев унесли сразу же, как дядя на них посмотрел. Но старшие остались рядом с матерями.

Исао посадил брата по левую руку от себя и благожелательно рассказывал ему о том, что мужчина пропустил, находясь по долгу служения на Юге. Но разговор о бесчисленных смертях своих детей он, ожидаемо, решил пропустить, сконцентрировавшись на приятном. То есть на том, как прекрасно иметь столько женщин, днём и ночью готовых служить ему.

Император рассказывал о каждой. Конечно, сначала речь шла о любимицах: Сян, Шанэ, Инэр, Эйран и Баолин. Последняя совсем недавно вернула себе расположение господина и жаждала отомстить мне за всю боль и унижения, что она претерпела. Простая мысль о том, что стоило вести себя более разумно, не пытаясь пакостить беременной сопернице, прошла мимо ее сознания. А жаль.

Но то, что Шен теперь на моей стороне, стоит любых неудобств, чтоспособна она мне принести. Без него нам приходилось бы значительно сложнее.

Исао не забыл даже обо мне:

— Это Мейлин. Моя восьмая наложница. Эту женщину даровала моему гарему Великая Мать. Видишь золотые рисунки на ее лице и руках? Знак богини. Мейлин, конечно, её внешность может показаться непривычной, но она родила мне сына. Поэтому я милостиво позволяю ей служить мне.

Смешок едва удалось сдержать. Позволяет он. Мы за последние пять с лишним лет и словом не перемолвились. Намёк был на то, что экзотическая птичка не только воспитывает принца, но и развлекает своего венценосного господина так, как тому угодно.

Думаю, дело в том, что меня в любимицы добавили, просто, ради массовки и разнообразия картинки.

Далее Император вещал о достоинствах своих любимых сыновей. О том, как они умны, воспитаны и великодушны. Про Джина этот «прекрасный» отец сказал лишь пару слов. Кажется что-то о том, что этот ребёнок почтителен, но таланты свои пока не проявил.

Тем временем нам принесли чай и миндальные пирожные. На что мой сын отреагировал, нервно принюхиваясь:

— Не ешь, — шепнул он, прячась за белой фарфоровой гайванью, расписанной причудливыми цветами. — С ними что-то не так. Скорее всего, не яд. Или яд, но в слишком малой дозировке. Мне кажется, я чувству запах корней полевых башмачков.