Книга Восьмая наложница, страница 173 – Юлия Буланова

— Нет. Я хочу вернуть тебе кое-что. — Мужчина протянул Лису руку на которой с золотистой сфере танцевало алое пламя. — Это часть твоей души, которую Альтея спрятала, забирая ту девочку. Сегодня осколок вернулся к ней потому что тот мир пал. Здесь твои крылья, Громовой Дракон.

Юноша, как заворожённый потянул руку, но затем резко одёрнул её и отвёл глаза, твёрдо сказав:

— Нет.

— Ты же тоскуешь по крыльям. Тебе каждую ночь во всех воплощениях снится бескрайняя глубина ночного неба. Это твои крылья!

— Старик, неужели ты до сих пор чувствуешь вину за мою первую смерть? Брось! Это же было, не помню, сколько лет назад. Всё, в конечном итоге, вышло лучше не придумаешь.

— Но ты, по-прежнему не считаешь меня своим отцом, а Альтею — матерью, — с горечью произнёс мужчина с глазами цвета лунного серебра.

Юноша тоскливо поморщился. И откинулся спиной на ствол старого дерева.

— Я не умел любить, когда был вашим сыном. Во мне было слишком много божественного огня Альтеи. И слишком много эмоций, доставшихся от тебя. Это разрывало меня на части. А вас никогда не было рядом. Но, если любить надо учиться, то ненавидеть оказалось не так уж сложно. Не смотри на меня так. Для меня случившееся давно в прошлом. Как и крылья. Нельзя иметь всё: и смертную жизнь, и божественные силы. Я выбираю жизнь.

Молодой человек скользну взглядом по маленькому хронометру,который достал из внутреннего кармана своего ципао и резко засобирался:

— Уже столько времени! Ох, и умеешь же ты заболтать, Старик. У меня же завтра помолвка. Хотя ты, наверное, и так знаешь. А сегодня столько дел — с ума сойти можно. Я до этого был по другую сторону. Даже не думал, что у Консорта столько обязанностей. Править было легче, чем это всё. Ладно, справлюсь. Императрицы же справлялись как-то, — когда юноша спрыгнул с ветки на землю, он посмотрел наверх и тихо-тихо сказал. — Приходите завтра на церемонию. Буду рад вас видеть вас обоих и разделить с вами своё счастье. Я не умел любить в своей первой жизни. Но сейчас всё иначе. В моём сердце для вас, тоже, есть место. Пока, Старик. Поцелуй за меня Альтею.