Книга Чудесный сад жены-попаданки, страница 124 – Лина Деева

— Чёрного кобеля не отмоешь добела! — фыркнул Трейси, и я наконец вмешалась.

— Достаточно, господин инспектор! Вы получили ответы на все свои вопросы или хотите спросить ещё о чём-то?

Трейси перевёл на меня яростный взгляд, однако я не стушевалась. И после короткой и безмолвной дуэли инспектор нехотя процедил:

— Больше вопросов у меня пока нет.

— Прекрасно. — Я потянула за шнур звонка, и вскоре в комнату вошла горничная.

— Динни, — велела я ей, — проводи господина инспектора. Если он или его люди пожелают поговорить с кем-либо, прежде поставьте в известность меня. Ясно?

— Да, госпожа. — Горничная присела в книксене. — Господин инспектор, прошу вас.

У Трейси не было выхода, и, напоследок пронзив нас с Райли очередным разъярённым взглядом, он покинул гостиную, так и не попрощавшись.

В комнате ненадолго повисло молчание, котороепервым нарушил Райли.

— Пойду проверю, что инспектор не задержится, — хмуро сказал он. — С вашего разрешения.

Шагнул было к двери, но я остановила его холодной и ровной фразой:

— Попрошу вас остаться, Джеймс Райли, сержант Иностранного легиона и бывший заключённый Ньюгейта. В отличие от инспектора Трейси, у меня есть к вам вопросы.

Судя по выражению в глазах Райли, он бы с куда большим удовольствием проследил, чтобы Трейси не пробыл в замке дольше необходимого. Однако я уже с достоинством опустилась в кресло и царственным жестом указала «господину управляющему» на место напротив. И тому ничего не оставалось, кроме как сесть с прямой спиной и выжидательно на меня воззриться.

Я выдержала недлинную паузу, собираясь с мыслями и задвигая лишние эмоции куда подальше. Повисшую тишину нарушали лишь какие-то пташки, которым вздумалось пообщаться прямо за окном гостиной.

— Итак, — наконец начала я утвердительно, — ты не полицейский.

Райли сдержанно кивнул.

— Тогда почему ты до сих пор поддерживал моё заблуждение?

— Не поддерживал, — разлепил он губы. — Просто не опровергал.

Я насмешливо хмыкнула, а затем, согнав с лица всякий намёк на улыбку, жёстко спросила:

— Тогда кто ты такой?

Каменная маска вместо живого лица.

— Вы ведь уже слышали от инспектора.

— Слышала, — согласилась я. — Предлагаешь дать тебе расчёт, как уголовнику?

Это было сознательное передёргивание и манипуляция, однако приём сработал. На щеках Райли вздулись желваки, и он почти процедил:

— Я чист перед законом.

— В таком случае… — Я без промедления подалась вперёд. — Жду твоего рассказа.

Несколько ударов сердца мы смотрели друг другу в глаза, а затем Райли отвернулся, демонстрируя медальный профиль.

— Я случайно узнал о кое-каких тёмных делишках армейского руководства. Попытался разобраться со всем сам, но меня быстро отправили на пенсию. А когда я вернулся на родину, то получил обвинение в шпионаже и измене королю. Я лишился воинского звания и наград… — Уголки его губ дёрнулись вниз — там до сих пор болело. Однако завершил Райли прагматичным: — …Но это лучше, чем если бы лишился головы.

— Тебя оправдали? — уточнила я.

— Да.

Лаконично, но малоинформативно. И чувствуя недоговорённость, Райли добавил:

— Нашёлся человек, который заставил следствие не успокоиться на достигнутом.

— Каннингем?

Я бросила имя наобум и неожиданно попала в цель.

Райли повернул голову, и от горечи в его глазах мне самой стало горько, как от разжёванной таблетки.