Книга Приворотное зельеварение, страница 68 – Ирина Смирнова

Мы бродили среди чудес, и время вокруг действительно текло иначе. Все тревоги отступили. Были только он, я, мерцание древних звезд над головойи шепот веков от артефактов.

В зале, посвященном культам Любви и Верности, под сенью созвездия Влюбленных Аэлионов, Рилан остановился и взял меня за руки. Его серые глаза в полумраке светились, отражая далекие звезды.

— Знаешь, что мне сегодня сказал старейшина Эрдехази, помимо благодарности? — Голос Рилана был тихим, как шелест звездной пыли. — Он сказал: «Ваша сила в том, кто стоит рядом и чье сердце бьется в такт с вашим в моменты испытаний».

Мы постояли молча почти полминуты, потом Рилан притянул меня ближе:

— Ты — мой огонь, Ямира. Мой щит и моя самая безумная, самая прекрасная удача.

И он поцеловал меня — нежно, с глубокой внутренней силой, словно запечатывая клятву под древними звездами. Мир сузился, звуки исчезли. Было только биение наших сердец под сводами, хранящими память о вечной любви.

Утро дня зачета я встретила спокойной и уверенной в своих силах. В животе порхали бабочки, но это были бабочки решимости. Рилан молча смотрел на меня, пока я завтракала, не давая никаких наставлений.

— Ты готова, — сказал он просто. — Я знаю. Ты знаешь. Торнхилл… подозреваю, тоже знает. Иди и сделай это.

В кабинете зельеварения царила гробовая тишина. Профессор сидела за своим столом — безупречная и холодная, как айсберг. Рядом стояли стеллажи с ингредиентами и три пустых рабочих места.

— Гилсон. Ваше задание, — произнесла она ровным, безэмоциональным голосом и протянула мне листок.

Там были: «Сонная Пыль», «Облако Забвения» и «Факел Энтузиазма». Никаких сюрпризов. Я кивнула и заняла свое место. Кабинет, обычно наполненный голосами студентов, сейчас казался огромным и безмолвным.

Каждый звук — звон колбы, шорох порошка — отдавался гулким эхом. Я сосредоточилась, вспоминая уроки Рилана: точность, плавность, концентрация. Руки не дрожали, мысли были ясными. Я работала молча, методично. Страх перед зельеварением растворился, осталось только знание и уверенность.

«Сонная Пыль» — жемчужное сияние, идеально.

«Облако Забвения» — легкая, почти невесомая дымка в колбе.

«Факел Энтузиазма» — ощутимый прилив ясности в голове после контрольного глотка разведенного раствора.

Когда последнее зелье было разлито по флаконам и подписано, я выпрямилась. Ладони были чуть влажными, но внутри царили спокойствие и удовлетворение.

Торнхилл методично проверила каждое зелье. Она нюхала, смотрела на свет, проверяла консистенцию, протестировала «Факел». Ее лицо оставалось непроницаемым. Минуты тянулись как часы. Наконец она отложила последний флакон.

— Гилсон… — В ее голосе не было привычной язвительности. Но из-за сделанной небольшой паузы мне стало немного не по себе. Хотя я и была уверена в каждом из зелий. — Результат, — новая томительная пауза, и легкий нервный зуд во всем теле, — безупречен. Точность пропорций, чистота исполнения, соответствие заявленным свойствам — на высшем уровне. Оценка — «Отлично». Поздравляю, вы допущены к экзаменам.

«Отлично»! От Торнхилл! Я стояла, не веря своим ушам, чувствуя, как волна невероятного облегчения и гордости накрывает меня с головой. В моих планах было получить «Хорошо», но я не простопобедила, а победила с блеском!