Книга Приворотное зельеварение, страница 32 – Ирина Смирнова

Через несколько кварталов, когда дыхание стало сбиваться, а ноги гореть, я резко остановилась уперекрестка. Достала телефон. Пальцы дрожали, когда вызывала такси.

Машина подъехала через пару минут — невзрачный серый седан. Плюхнувшись на пустое водительское сиденье, быстро набрала на панели нужный адрес. Разучивала же для легенды, хотя не была у него ни разу. Автопилот радостно подмигнул, и мы тронулись в путь.

Город ночью был другим. Пустынным. Огни фонарей тянулись длинными желтыми лентами. Я прижалась лбом к холодному стеклу, пытаясь унять дрожь — от холода, от адреналина, от ожидания.

Я проезжала мимо своего квартала по параллельной улице. И тут…

На перекрестке, под знаком «СТОП», машина замерла. Слева, по главной, плавно проехала машина Деврилов. За рулем — бледный, сосредоточенный Маркус. Он ехал в сторону моего дома, как и предупреждал Рилан.

Инстинктивно я сползла по сиденью вниз, чуть ли не на пол. Сердце бешено колотилось о ребра. Он смотрел прямо? В зеркало? Неужели заметил? Такси тронулось, и я рискнула выглянуть. Задние огни удалялись — значит, все хорошо.

Остаток пути провела в напряженном молчании, кусая губу. Наконец машина остановилась у элегантного современного здания. Квартал дорогой, тихий.

Расплатившись через приложение, я выскочила на тротуар. Холод снова обжег кожу.

Задумчиво посмотрела на домофон у подъезда. Номер квартиры? Нет, надо найти нужную фамилию… Взгляд торопливо скользил по табличкам. Ш-Ш-Ш… Шелдон! Вот! Палец потянулся к кнопке вызова…

— Так и знала, что ты сюда примчишься!

Голос прозвучал сзади — негромкий, но отчетливый в ночной тишине. Женский. Спокойный. Знакомый.

Я замерла как вкопанная. Палец завис в сантиметре от кнопки. Глубоко вдохнув, опустила руку и медленно, очень медленно, обернулась.

Из тени растущего у самого тротуара клена вышла знакомая до жути фигура. Прямая, подтянутая, в строгом, но дорогом пальто поверх… домашнего халата? Профессор Торнхилл.

Мои колени чуть не подкосились. Из всех возможных кошмаров этот был, пожалуй, самым неожиданным. Геката, ну почему именно она?!

— Надеюсь, Гилсон, — ее голос, всегда напоминавший скрип мела по доске, в ночной тишине звучал особенно резко, — ты не настолько тупа, чтобы действительно воровать фамильные украшения Деврилов? Ведьма, не умеющая варить зелья, с трудом, но выживет. Но ведьма, не знающая, когда вовремя остановиться, долго не протянет…

Она подошла ближе, и свет фонаря упал на ее лицо. Вместо привычного брезгливого неодобрения — холодная, расчетливая серьезность. Даже перед разбором особо вопиющих провалов я не видела у Торнхилл подобного выражения лица.

— Мадам Аманда, — продолжила информировать меня преподавательница, — входит в попечительский совет Академии. Очень влиятельный орган. — Она посмотрела на меня, ожидая, пойму ли столь толстый намек. Решив, что лучше подстраховаться, Торнхилл пояснила — медленно, словно определение на лекции: — И если кто-то рассчитывает получить диплом, то не стоит брать в мужья Рилана Шелдона до этого знаменательного события. Поняла меня, Гилсон? Диплом. Потом муж. А не наоборот!

Меня затрясло. От холода, от адреналина, от ее пронизывающего взгляда. Похоже, мы перестарались с нашим фиктивным союзом. Теперь о нем знали все.