Книга Ткань наших душ, страница 79 – К. М. Моронова

— Звучит неплохо. — Мне удается улыбнуться вполсилы, с разбитым сердцем. — Какой жанр тебе нравится?

Он подмигивает мне.

— Мрачный роман, где героиню трахают психопаты.

Я заливаюсь смехом, и он тоже широко улыбается.

— Мне тоже. Я дам тебе рекомендации, если ты дашь мне свои.

— Договорились.

Уинн

В кофейне было все — от изысканного чая матча до холодного американо, но мы с Лэнстоном мгновенно решили, что хотим латте с тыквенными специями.

Мы говорили о Бостоне. Лэнстон мечтает когда-нибудь переехать туда, и чем больше он говорил об этом, тем больше это становилось и моей мечтой.

Родственные души и все такое.

Когда мы выходили из книжного магазина, у каждого из нас было по пять книг в сумках. Он подумал, что будет весело выбирать книги друг для друга, поэтому я выбрала те, что мне нравятся, и несколько новых, которые еще не читала.

Мы поклялись не смотреть на книги, пока не вернемся в свои комнаты, поэтому наши сумки завязаны, и ожидание убивает меня.

Я кладу свои книги в сумку, прикрепленную к заднему сиденью мотоцикла.

— Спасибо.

Лэнстон смотрит на меня и натягивает шлем.

— За что?

— За то, что не позволил моему дню стать отстойным. Лиам сделал мне больно… и я была готова просто сбежать от всего.

Он опускает голову, и хотя я не вижу его лица, я знаю, что на его губах играет улыбка.

— Я знаю… и это нормально, если ты все еще хочешь это сделать. Я просто хотел подарить тебе хороший день и увидеть твою улыбку. Сегодня мне было так весело с тобой, как никогда за последние годы. — Его голос уязвим, и мое сердце трепещет. — Ты возвращаешься сама или заедешь в тату-салон? Там может быть Лиам, — предупреждает Лэнстон, но его тон спокойный.

Мы оба знаем, что у Лиама золотое сердце. Он имеет дело с демонами, которых я даже не могу понять.

— Покажи дорогу.

Тату-салон находится в нескольких кварталах отсюда, и когда я вижу белую «Камаро» Лиама, припаркованную перед входом, у меня все переворачивается внутри.

Лэнстон сочувственно смотрит на меня и подает руку.

— Если он здесь, значит, готов извиниться. Ты видела, как я его толкнул? Он бы не вернулся после такого, если не готов извиниться, — саркастически говорит он.

Я с надеждой улыбаюсь вместе с ним. Но мне все еще больно от того, что Лиам сделал раньше.

Когда мы заходим в салон, я с облегчением замечаю, что он пуст. Кто-то кричит сзади, чтобы мы шли туда, и Лэнстон уверенно ведет меня за собой.

Интересно, сколько раз он здесь бывал. Лэнстон всегда носит худи и свитера с длинными рукавами, поэтому я даже не знаю, сколько у него татуировок.

Лиам, с другой стороны, — я неделями навязчиво изучала его тело. Не думаю, что есть хоть одно тату, которое я не смогла бы вспомнить.

Пистолет для татуировки жужжит, когда мужчина склоняется над головой Лиама. Он делает какую-то татуировку за его ухом. Я кривляюсь. Это выглядит невероятно больно, но лицо Лиама невозмутимо, по крайней мере до тех пор, пока он не поднимает глаза и не видит нас обоих.

Лэнстон скрещивает руки.

— Начали без нас?

Лиам улыбается, но не отвечает. Мы садимся и ждем, не желая мешать татуировщику. Он делает еще несколько мазков чернил, прежде чем вытирает кожу Лиама и прикладывает прозрачную пленку.

Я стараюсь не сосредотачиваться на Лиаме. Не готова поднять глаза на него и увидеть тот холодный взгляд, которым он смотрел на меня раньше.