Книга Дрянь с историей, страница 153 – Дарья Кузнецова

Ева давно уже потеряла нить спора, когда столь же молчаливо сидевший рядом Ланге тронул её за локоть, привлекая внимание, и дёрнул головой, предлагая выйти. Женщина окинула сомневающимся взглядом спорящих учёных, понимая, что это может продолжаться очень долго, и тихо встала вслед за прокурором. Ожидала, что он двинется в палату, но Ланге вышел на крыльцо.

– Вы что-то хотели сказать?

– Я хотел покурить, – усмехнулся он, жестом предложил пачку, но Ева тряхнула головой. – И правильно. Ну и тебя заодно проветрить, пока не сорвалась.

– Вы наблюдательны, – вздохнула Ева, чтобы хоть что-то сказать. Поморщилась, когдапорыв ветра швырнул в лицо клуб вонючего дыма. Ланге это заметил, подвинул женщину так, чтобы на неё не дымило.

– Работа. Спросить тоже хотел. Ты-то что про эту аферу думаешь? – Он дёрнул головой в сторону двери.

– Какая разница? – вздохнула она. – Они специалисты, им виднее.

– А всё-таки? Только честно.

– Честно… Мне кажется, они очень спешат, и я боюсь, как бы всё это не угробило Сефа окончательно. – Она глубоко прерывисто вздохнула, сморгнула пытающуюся проступить на глазах влагу и раздражённо поморщилась. – Сейчас он пусть и застрял в непонятном состоянии, но пока ещё не мёртв. А что получится в результате – они и сами не знают… А вы думаете, нужно соглашаться?

– Сеф бы согласился, не раздумывая. – Ланге глубоко затянулся, выдохнул дым ноздрями.

– Мне не показалось, что он любит риск.

– Правильно показалось. Ему просто плевать на свою жизнь, – поморщился Максим.

– Почему вы так думаете? – нахмурилась Ева.

– Посмотри на меня, – усмехнулся Ланге. – Я скоро разменяю девятый десяток. Двое детей, пятеро внуков, больные суставы, давление… Развалина, в общем. А Сеф был моим первым командиром. Тогда ещё зелёного сопляка из учебки. И не только моим. А у него ещё и братья когда-то были, старшие. Родители. Невеста. И потом ещё, вся его жизнь… Если вкратце, не дай бог никогда и никому разгребать такое, какое пришлось разгребать ему с другими современниками. Характер у Серафима, конечно, паршивый, но… Не думаю, что у кого-то на его месте был бы лучше.

– И что вы предлагаете? Сломать иглу? – пробормотала Ева и украдкой утёрла глаза.

– Зачем так сразу, сдаваться – это точно не вариант, – возразил он. – Я к тому, что Сеф бы принял любой итог. А ты бы лучше про себя подумала, точно стоит рисковать?

– Про себя я уже подумала, – отмахнулась она.

Ланге медленно кивнул, принимая такой ответ, и умолк. Докуривал он в тишине, а Ева вдыхала сырой, осенний уже воздух и думала, что надо сказать спасибо за то, что прокурор вытащил её сюда. В голове немного прояснилось, да и как будто стало спокойнее. Не потому, что она смирилась с фатализмом Дрянина и приняла его, просто…

Почему-то сейчас, услышав от Ланге, что Сеф не боялся смерти, а может, где-то в глубине и ждал её, она окончательно поверила, что всё у них получится. Странный парадокс.

– Знаешь, за что я наши сказки люблю? – Докурив,мужчина огляделся по сторонам в поисках урны, не нашёл. Поднял трость, затушил окурок о её конец и зашарил по карманам. Нашёл сложенный вчетверо лист, расправил, прочитал, хмыкнул и, аккуратно завернув в него окурок, запрятал в карман брюк.

– За что? – не выдержала Ева.

– Что?.. А, сказки. Они всегда хорошо заканчиваются. Идём, разгоним этих оболтусов по углам, орать они долго могут, – заговорщицки подмигнул он и уверенно похромал назад.