Книга Дрянь с историей, страница 150 – Дарья Кузнецова

– Ева! – обрадовался её появлению Стоцкий. – Ты-то нам и нужна!

Бледный и слегка взъерошенный, он тем не менее горел жарким энтузиазмом и усталости явно не ощущал. Да и четверо его товарищей – двое знакомых, с кафедры начертательного чародейства, и двое смутно знакомых, кажется плетельщик и целитель, – тоже не спешили прекращать начатую с вечера работу.

– Я? Зачем? – опешила Ева, но позволила увлечь себя к стулу, стоящему рядом с постелью пациента.

– Те результаты, которые я получил в подвале в твоём присутствии, отличаются от тех, которые мы имеем сейчас, – туманно пояснил Яков. – А ещё твоя проблема – извини, пришлось поделиться ею с коллегами, – интересным образом перекликается с тем, что мы успели выяснить про Дрянина. Нам, конечно, пообещали всяческое содействие со стороны спецов, которые изучали его природу, но когда это ещё будет!

Он попытался объяснить подробнее, но Калинина и в лучшие дни была тем ещё теоретиком, а сейчас вовсе очень туго соображала, поэтому отмахнулась и дала разрешение делать всё, что посчитают нужным.

Пока они делали, Ева просто сидела, разглядывая укрытого до талии простынёй Серафима, и порой бездумно, украдкой поглаживала кончиками пальцев по плечу.

Кожа его уже приобрела привычный цвет и была тёплой, это обнадёживало. И если не смотреть на кончик иглы, торчащей между рёбер, можно было убедить себя, что мужчина просто спит. Просто вот так крепко. Просто… вот так.

Ева закусила губу. Очень хотелось что-то сказать. Попросить не умирать, в очередной раз попросить прощения, пообещать, что всё будет хорошо… Но вокруг суетились люди, не выгонять же их ради этого!

Она, кажется, даже успела немного подремать с открытыми глазами: вот вроде бы только что села, а вот уже один из коллег затирает на полу – бесхитростно, шваброй с тряпкой, – меловые следы от очередного узора, а Яков стоит и растерянно хмурится.

– Что случилось? – напряжённо спросила Ева, мельком глянув на Серафима, но его состояние не изменилось.

– А? Да какие-то странные результаты. Между вами, когда вы находитесьрядом, а больше – когда соприкасаетесь, происходит непонятное перераспределение энергии. Никакие… кхм. Романтические чувства так не проявляются, это нечто совсем другого толка.

– Наверное, это я натворила, – сообразила Ева.

Рассказывать интимные подробности своей ошибки не хотелось, но утаивать их было глупо, поэтому она не только рассказала, но даже вызвалась сходить за расчётами, чтобы показать рисунок, который использовала.

Но тут пришёл злой декан целительского факультета и разогнал всех по комнатам отдыхать. И хотя исследователи продолжали рваться в бой, но возражать никто не стал: пациент явно стабилен, срочно спасать его не требуется, да и непонятно как, поэтому работа может подождать несколько часов. Только Стоцкий всё равно сходил с Евой, чтобы забрать расчёты и схемы. Её присутствие при обсуждении больше не требовалось, все остальные данные на руках. Потом Яков клятвенно пообещал не предпринимать никаких действий без согласования и пожелал хорошенько отдохнуть. Благо проницательный целитель озаботился состоянием вымотанной потусторонницы и выдал надёжное снотворное зелье, без него вряд ли вообще вышло бы уснуть.

Очнулась Калинина около полудня. Голова оставалась такой же тяжёлой, какой была ночью, и некоторое время женщина неподвижно пролежала в постели, пытаясь разобраться в своей памяти и действительности. Минувшие вечер и ночь выглядели одним сплошным дурным сном, и очень хотелось, чтобы они таковыми и оказались. Но увы.