Книга Искры Феникса. Том 1. Презренное пламя, страница 63 – Анна Вада

— А это уже кое-что, Алисандра. — Он провел носом по моей щеке. Его губы были в миллиметрах от моих, и на мгновение мне стало интересно — каким окажется его поцелуй?

Но Амин лишь тихо рассмеялся и отпустил. Оставил меня стоять в одиночестве, а сам направился в мои покои и, видимо, вышел в общий коридор. Занятный вопрос — как часто голые императоры разгуливают по дворцу, демонстрируя наложницам «своё» великолепие?

Постояв еще мгновение и бросив валявшемуся Кайдеру что-то насчет предателей, я зашла в комнату. Она походила на прежнюю — тот же столик, но обстановка была богаче, а пространство — больше. «Ну и что, что не поцеловал? Не очень-то и хотелось!» — мысленно огрызнулась я, списывая все на разницу в статусе между императором и простой наложницей.

На столике стояли подносы с едой. Схватив первый попавшийся фрукт, я прижала прохладную бархатистую кожуру к горячим губам и, откусывая на ходу, двинулась на разведку. Нужно было найти купальню. Я была в золе, и лишь то, что мой огонь выжигал даже запах гари, спасало меня от амбре кочегара.

В соседней комнате я замерла, не до конца прожевав фрукт. Вместо привычной одной медкапсулы здесь стояли две, и не было кровати. Недоеденный плод вместе с матом полетел в окно. Во второй капсуле лежал Олег. Такой огромный домина… и его притащили именно ко мне. Я рыча от злости переходила из комнаты в комнату, пока не нашла купель.

Около часа я оскребала кожу до красноты, под аккомпанементы доносящихся из медкапсулы мучительных стонов. Закрывала уши, потому что это было невыносимо. Злость придавала движений резкости. Наспех вытершись, я зашлав гардеробную, натянула первое попавшееся белое платье и решительно направилась к выходу.

Стражи у дверей удивленно обернулись. Да, какой вообще в них смысл, если я в любой момент могу улететь на край света?

— Позовите врача, там человеку плохо! — бросила я, и не дожидаясь ответа вернулась внутрь.

После секундного раздумья я взяла знакомые ломтики с подноса — что-то вроде куриного филе — и направилась успокаивать убитые нервы к дракону.

Сегодня я решила ночевать с ним.

Иди туда… вернись к нему… Он ждет тебя…

Вы вместе… он рядом… ты — часть его…

Тысячи голосов сливались в навязчивый шёпот, который продолжал звучать в моих ушах, даже когда я уже открывала глаза. Языки пламени от моего тела танцевали в темноте, выхватывая из мрака очертания стен. На секунду мне показалось, что это они со мной говорят — трепещущие тени, которым воображение придавало форму чьих-то силуэтов.

Я помнила сон. Там был Амин. Отголоски его прикосновений по коже, сладкий запах его дыхания, чёрные глаза, в отражении которых так хотелось гореть ярче. Горячий шёпот, оставленный на моей шее, казался почти осязаемым. Я пыталась продлить эти ощущения, поглаживая ямку между ключиц.

До последнего цеплялась за полудрёму, пытаясь вернуться к герру, ведомая голосами. Но мой — теперь у меня есть в этом мире первое по-настоящему моё — так вот, мой драг оказался не лучшей компанией для ночевки. Половину ночи он издавал пронзительный, утробный клёкот, от которого трепетали мои нежные ушные перепонки.

Кайдер, словно бродячий кот, отвоевавший у злой судьбы право на тепло хозяина, до последнего выказывал признательность за огненную подпитку, которой я с ним щедро делилась. Но в итоге насытился моей энергией и уснул, потянув за собой и меня в мир грёз. Теперь его мерное дыхание, похожее на шум прибоя, успокаивало, как неторопливый ток крови по венам. Но этот мистический шёпот всё портил.