Книга Марионетка Чёрного колдуна, страница 33 – Любовь Песцова

Женщина посмотрела на меня одновременно и недовольно, и с сочувствием. Видимо понимала, кто в срочном порядке может требовать осмотра у повитухи на предмет выявления разного рода травм. Но разрешать кому-то прикасаться к своему телу я пока не могла позволить.

Зато кое в чем другом она могла мне помочь.

— Скажите, а у вас случайно нет спирта?

* * *

Вернулись мы еще более внезапно, чем ушли. Нужно было просто сжать кулон и подумать о черном замке и открыть любую дверь. И вот мы с Бертой все еще под руку выходим из огненной арки. Как же странно все это звучит!

— Как все прошло?

С этим вопросом нас встретил Леон, который успел появиться в подвале.

— Без неожиданностей, господин, — отчиталась девушка, а затем протянула ученику колдуна свой кулон.

— Спасибо, Берта, ты можешь идти.

— Так это ты «господин»? — спросила я, когда мы поднялись в малую гостиную и остались наедине.

— Угу, я пользуюсь уважением у крестьян. Все же ученик, а не плотник.

— И это о тебе говорила Берта? Ты настоял на том, чтобы я сходила к лекарю?

— Я, — признал Леон.

Он жестом пригласилменя присесть в кресло, а затем достал чашку с чаем, кажется, из воздуха.

Напиток был на удивление дрянной. Дома я бы такой чай даже слугам не стала отдавать. Просто выкинула бы. Но здесь приняла кружку с благодарностью.

А затем произошло и вовсе неожиданное. Слегка поморщился, как будто пытался принять тяжелое решение, Леон протянул мне коробку с конфетами.

Наверное, это поразило меня даже больше, чем возможность путешествий в Эсслинталь.

— Ты же не делишься сладким.

— Это исключительный случай, — предупредил он. — Сильно не привыкай.

— Мгм, — кивнула я, закинув в рот конфету, которая на поверку оказалась смесью меда и сухофруктов. — Я думала, меня спас колдун.

— Угу, он. И твой родной склад в жилое помещение тоже он переделал. Гордись. Не у каждого Черный колдун в роли ремесленника выступает.

— Да уж, — истерично усмехнулась я. — Спасибо.

— За ремонт?

— За заботу.

— Мм…

Этот звук, наверное, должен был что-то означать. Но на деле было отчетливо видно, что ему неловко. Захотелось рассмеяться. Вот уж не думала, что испытаю подобное чувство после пережитого. Да еще и так скоро.

— Я же говорил тебе не ходить в деревню одной!

Леон справился со смущением и теперь говорил с укоризной.

— И теперь я понимаю почему. Хорошо, что Шаттенхард появился. Вовремя. Они не успели… Я в порядке. Можно было и не водить меня к лекарю.

Предложения выходили какими-то рваными и невнятными. Я очень надеялась, что это косноязычие временно.

— Зачем ты вообще туда отправилась? Так быстро надоело в замке, что решила сбежать?

— Нет. Я хотела найти пасеку.

— Пасеку? — ошарашенно переспросил Леон. — А я думал, это я сладкое люблю. Ладно, так и быть, разрешаю тебе брать варенье. Только ради мироздания, не рискуй так больше ради меда.

— Да не ради него, — все же рассмеялась я, не удержавшись. — Мне яд шершня нужен для зелья.

Послышался тяжелый вздох.

— А мне ты почему не сказала?

— Потому что заготавливать ингредиенты нужно самостоятельно.

— Растительные, — уточнил он. — Лиса, давай я завтра отведу тебя в местную лабораторию, и ты там сможешь найти и яд шершней, и спирт, и цинковый купорос.

Он перечислил ингредиенты так быстро и без запинки, словно готовил это зелье не один раз. Вполне возможно, что так и было.