Книга Похищенная жена владыки пустоши, страница 24 – Милена Кушкина

Ох, как я злился сам на себя! Хотелось влепить себе затрещину.

Вика лишь поводила плечиком, закатывала глаза и говорила очередную колкость. Она была как кошка, выпускала коготки и царапалась, но мне все равно хотелось, чтобы она была рядом. А она виляла хвостом, сбивала с толку и оставляла меня в одиночестве.

Я знал, что могу наброситься на нее, подчинить себе. Я был в своем праве, ведь мы были мужем и женой.

Но в этот раз мне было важно, чтобы она сама захотела, поддалась, показала свое желание. Я хотел, чтобы она плавилась в моих руках, но вместо этого плавился мой разум.

Зачем я послал ее за напитками? Почему опять повел себя, как придурок?

Хотел в очередной раз доказать всем вокруг, и себе в первую очередь, что девчонка не так уж и важна для меня?

Это стало для меня уже привычной игрой: как только в поле моего зрения показывается что-то интересное для меня, я всячески демонстрирую пренебрежение. Ведь если никто не будет знать, что это представляет для меня ценность, то и отобрать не сможет.

У меня не может быть слабостей. Ни единой уязвимости.

Я столько лет успешно отыгрывал эту роль, что сам в нее поверил.

И тут является эта несуразная дерзкая девчонка, острая на язык. Она не испытывала трепета и не опускала взгляд, смотрела смело и открыто. В ее глазах плясали озорные огоньки, пухлые губы, обещавшие неземные наслаждения, растягивались в игривой улыбке.

Она даже не окаменела, когда явился Синран и устроил мне разнос. Подумать только, маленькая отважная иномирянкане испугалась верховного мага и посмела сказать что-то против него!

Как вытянулось лицо Сина! Удивительно, что дядюшка ее не испепелил одним только взглядом.

И вот эта девчонка раздает указания в моем замке. И мне нравится, как она отдает приказания, грозно качая пальчиком. Как топает ножкой на высоком каблучке.

Мне нравится, что она такая сильная. И хочется, чтобы она была слабой. Чтобы я непременно защитил ее, показал, кто тут лучший воин семи миров. Хочется, чтобы она смотрела на меня с восторгом, купаться в ее внимании.

А вот, кажется, и случай выдался.

Управляющий выяснил, что в этом мире есть жители. И они настроены не очень дружелюбно.

То ли их перенесли сюда против воли, то ли нас поместили в их мир. Толком я не понял. Но вместо того, чтобы прийти поклониться своему новому императору, принести подарки и закатить пирушку по случаю такого события, эти дерзкие людишки решили поднять восстание и изгнать нас из мира. Моего мира!

В глазах Виктории читался страх.

– Не бойся, детка, – сказал я, притянув ее к себе, – рядом со мной тебе ничто не грозит.

Ее сбившееся дыхание полоснуло по моей шее раскаленным лезвием. Я понял, что убью любого, кто только тронет ее.

После слов Хорна о буйных местных, стало страшно. Что-то было в его взгляде и голосе такое, что заставило испугаться.

Я с детства опасалась хулиганов. Но еще больше я боялась, что меня накажут, если я сделаю что-то неправильно. Разобью любимую мамину кружку, неправильно отвечу на уроке, сделаю ошибки в отчете.

И вот теперь по моей вине разгорелся конфликт.

Почему я чувствовала свою ответственность? Так, ведь это же я приказала ведьму заселить этот мир жителями. Откуда-то она их переместила. И теперь они пришли мстить за это.

Осознание молнией пронзило мое тело.