Книга Замуж за врага. Его (не) любимая, страница 80 – Юлия Марлин

Работорговец замер, вглядываясь в полумрак.

В тумане возвышались крепкие, высокие воины.

— Сюда! — Заорал мужик, призывая своих.

Не успела София опомниться, вокруг кипело лютое сражение. Металл вспарывал дождливый воздух и с хрустом рубил грузные разбойничьи туши. Сила удара подбросила крупных широкоплечих мужчин, как пушинок, обрушив на острые камни — из рваных ран медленно текла не остывшая кровь.

Осознавая безвыходность ситуации, княжна упала на мокрую, выжженную мраком землю и расплакалась. У нее больше не было сил бежать и прятаться. Потому, когда с работорговцами было покончено, и Святослав очутился за спиной, прикрыла глаза и глухо прошептала:

— Убейте прямо здесь. Я не смирюсь. Не позволю вырезать себе сердце.

Его рука осторожно легла на плечо, второй он привлек девушку к себе. Через мгновенье она рыдала у него груди, не в силах поднять опухших глаза.

— Поплачьте, София, — он гладил ее по волосам. — Вам станет легче.

Когда первое потрясение прошло, веревка, стягивающая руки была срезана и выброшена, молодой командир приподнял голову княжны за подбородок и заглянул в осунувшееся от усталости лицо. Тихо, будто боясь напугать, поинтересовался:

— Почему вы сбежали? И что сказали о сердце? Вырезать? Вам?

Утирая слезы, бывшая послушница, сбивчиво рассказала обо всем, чего страшилось. Удивлению Святослава не было предела. Он слушал в растерянности, ошеломленно щуря темно-синие глаза. Его трудно было удивить, но, пожалуй, ей это удалось.

Его люди были потрясены не меньше.

— Вы поверили в эту чушь? — Озадаченно спросил князь, и ей показалось, она услышала в его голосе тень огорчения.

Заложница виновато пожалаплечами. После всех слухов, которыми овеян Дом Серебряного Волка, в это сложно было не поверить.

— Кто сказал вам о… ритуале?

Девушка не ответила, только указала глазами в сторону отряда. Этого было достаточно. Святослав рывком поднялся и в несколько размашистых шагов покрыл расстояние до Семеона. Пожилой воин открыл рот оправдаться, но мощный удар в грудь опрокинул его на траву и вышиб из легких воздух.

— Зачем ты это сделал?

Семеон перевернулся на живот, сплевывая выбитый зуб.

Глаза командира горели от ярости, напряженные плечи гордо расправились. Не успел Семеон подняться — новый страшный удар обрушил его кости на ничейную, каменистую землю.

— Считаешь, это забавным? — Святослав едва сдерживал гнев.

Пожилой мужчина выбросил ладонь, моля о пощаде.

— Командир, я просто пошутил. Понятия не имел, что девчонка поверит и решит бежать! Она же дерганая монашка, что с нее взять?

Молодое лицо Посланника заледенело. Схватив Семеона за грудки, он вшиб того спиной в осиновый ствол. Вояка со шрамом закашлялся, прикрывая лицо руками и ожидая новых побоев. Но Святослав уже взял себя в руки. С отвращением отпустив окровавленный воротник, презрительно сплюнул и отошел.

— Да, бросьте, — Семеон искал поддержки у товарищей, — было же смешно. Ну, развлеклись. Что такого?

Воины молчали. А Словен и Тис неожиданно одновременно саданули локтями Семеону в бока. Удар справа, слева и немолодой воин с хриплым кашлем съехал по древесной коре.

— За что?

— Пошутили.

София долго рыдала на плече Святослава.

Он гладил ее по растрепанным волосам и тихо говорил:

— Нет никакого ритуала. Поверьте. Ничего подобного в Стифополе от Зарождения Мира не практиковалось. Легенда гласит, когда-то владыки могли оборачиваться в Зверей, но это легенда. Вы нужны нам, как залог мира. Нужны живой и здоровой. Вы — гостья, не заложница. Верите?