Книга Замуж за врага. Его (не) любимая, страница 118 – Юлия Марлин

— Позавтракайте с нами, — предложила Гордана.

Слуга поставил столовый набор и с поклоном удалился.

— Вы очень добры, Ваша Светлость, — слабо улыбнулась София.

Придворные дамы Горданы и Вереи, сидевшие поодаль, бросали на заложницу косые взгляды и тихо посмеивались, не скрывая презрения. Самыми неприветливыми оказались две темноволосых девушки (из свиты Вереи), позволившие отпустить в сторону Софии колкую шутку.

Смутившись, княжна выронила столовый прибор, чем вызвала новую волну злобного смеха, и только окрик Горданы заставил дамочек прикусить языки.

— Они не хотели вас обидеть.

Нет, хотели. Но винить их нет смысла. Все княжеские Дворы одинаковы — лесть, интриги, ложь, двойная игра, улыбка на устах и нож в рукаве.

Не прошло пяти минут, дверь распахнулась, и в трапезную вошел Верховный Правитель. В первый миг показалось это — Святослав: та же стать, широкие плечи и идеальная осанка. Те же темные локоны, обрамлявшие бледное овальное лицо, ноприглядевшись, София поняла — великий князь был старше; мог похвастаться глубокими морщинами у глаз и рта. Его подбородок украшала аккуратная бородка, да и улыбался он иначе. А глаза — его глаза были зелеными, без оттенков и полутонов.

Заняв место во главе, он приветствовал любимую жену, потом сестру и, наконец, обратился к «гостье». Отвечая кивком, София заметила в его волосах серебристый венец с ярко-алым рубином. При каждом кивке и повороте рубин переливался, как живое пламя в очаге.

Великий князь завел разговор об укладе Стифополя, подробно известив заложницу обо всех правилах, принятых при дворе и записанных в Заветах Сияния: что было разрешено, а что подлежало строжайшему запрету. Потом перешел к статусу Софии. Согласно обычаю: заложнику полагалось находиться исключительно при дворе. Выходить в город строго запрещалось. Вести беседы с кем-то кроме придворных или членов правящего Дома — тоже. Все просьбы, как личные, так и иного характера исполнялись только с личного дозволения Великого князя или его супруги. За любое неповиновении следовало наказание. Самым тяжелым из которых, естественно, являлась смертная казнь.

С каждым произнесенным словом София мрачнела, а придворные дамы воодушевлялись. Вчера девушка мечтала, чтобы ее запрятали в какую-нибудь неприступную башню, забыв на много лет. Похоже, Светлая Заря услышала мольбу. Она оказалась в клетке. И пусть ее новая тюрьма не имела замков и засовов, легче от этого не становилось.

— Но, — многозначительная пауза Романа заставила заложницу вздрогнуть, — Святослав поведал о вашей отваге в Обители Северных Братьев, княжна. Я со своей стороны так же приношу вам искреннюю благодарность. Вы спасли жизнь моего Посланника и это великая заслуга. Смерть Святослава пошатнула бы мою власть. Сделала слабым и уязвимым в глазах соседей. Многим это только на руку. — Он замолчал, о чем-то недоговаривая. — Князь просил облегчить вашу долю. Я считаю это справедливой платой за спасение жизни второго человека в княжестве. Ваш статус заложника я заменяю статусом гостьи. Я разрешаю вам свободно перемещаться по Стифополю до границ города. Гулять, участвовать в празднествах, обучаться. Если вам понадобятся средства, княжеский казначей выдаст. Если понадобится что-то еще, обращайтесь к моей жене или сестре. Что до вашейдальнейшей участи, — возникла заминка, — об этом я сообщу немного позже.