Онлайн книга «Сталь»
|
Пульса не было. Передо мной лежал мёртвый Тристан. Убитый моими собственными руками. Я не могла двигаться. Не могла пошевелить ни единой мышцей. Оцепенение продолжалось более получаса. Потом я снова проверила его пульс. Пульса не было, а его кожа вдруг заметно охладела. Я подождала ещё полчаса, на сей раз полностью осознавая, что именно происходит, почему и чего я жду… Спустя полчаса я вновь проверила его пульс и… Его не было. Кожа Тристана, залитая солнечным светом, периодически прячущимся за начавшими набегать с севера облаками, охладела ещё больше, а его губы, ещё час назад пышущие жаром, посинели. Он, без сомнений… Был мёртв. …Окончательно… Я неожиданно сломалась. Напополам. Почувствовав надлом где-то в середине себя, в самой сердцевине, я упала лицом в окаменевшую грудь Тристана и разрыдалась так громко, что меня наверняка было слышно на многие километры в округе. Я навсегда… Потеряла этого мальчишку… С ним это произошло произошло из-за меня… Он отвлёк Блуждающую на себя, чтобы спасти меня… Если бы я не позволила ей проникнуть в нашу машину… О-О-О… Если бы я поняла хотя бы немного раньше… Если бы я снесла ей голову пятью секундами раньше… Я… Собственноручно… Пронзила… Его… Сердце… Лежа на груди умершего Тристана и поливая её горькими слезами, я пыталась расслышать хотя бы один-единственный стук его молодого, его сильного сердца. Но оно остановилось. Оно не стучало. Совсем и навсегда заглохло. Глава 47 Я не могла его бросить, как несколькими часами ранее и десятками километров назад бросила на краю обочины Розу. Потому что для меня этовсё ещё был не труп. Этовсё ещё был Тристан. Я спрятала пистолет в бардачке. Спиро лежал на полу между сиденьями в контуженном состоянии, зажмурившись и сильно зажимая уши. Не понимающая поведения мальчика Клэр лежала у него на спине и обнимала его руками, и ногами. У меня больше не было помощников. Единственного своего помощника я только что убила собственными руками. Всё, что у меня осталось после этого – только эти испачканные руки… Мне понадобилось целых три часа, чтобы затащить труп на прицеп. Если бы не трехметровый отрез брезента, наподобие того, в котором мы выгружали труп Розы, я, может быть, так и не справилась бы с этой задачей, и тогда я не знаю, что бы я делала… Неужели, я затащила бы его в салон, неужели бы позволила детям этоувидеть?!.. За три часа я не менее сотни раз проверяла пульс и дыхание у трупа. Перед тем, как спуститься с прицепа, на который я его наконец затащила, я приложила ухо к его груди и больше пяти минут не отстранялась… Возможно, я бы выстояла и дольше, но меня затошнило. Поспешно накрыв труп брезентом, чтобы он не замёрз, и сняв с себя его кофту, и подложив её под его голову, чтобы ему было не жёстко трястись на кочках, я спрыгнула с прицепа и тут же, схватившись за борт, согнулась напополам. Меня обильно стошнило. Кажется, я выплюнула из себя всё, что успела съесть перед этим, все бутерброды, сделанные мне Тристаном… Как только я подумала о бутербродах Тристана, меня сразу же скрутил новый спазм, продлившийся дольше первого из-за мучительных, страшных мыслей. Я пыталась себе представить и никак не могла, как именно я привезу Рэймонду и Кармелите труп Тристана, что я им скажу, как смогу выразить всю свою бездонную скорбь от того, что не уберегла их ребёнка, как сообщу им о том, что убила его сама, осознанно, и Спиро это знает… Как я объясню смерть одного их ребёнка и поломку второго? Как после подобного вообще можно жить? |