Книга Живое Серебро, страница 120 – Anne Dar

Кряхтя, я наконец вытащила себя из зарослей и медленно подошла к поверженному зверю… В Кантоне-J мы с матерью, ещё до появления в наших жизнях Берда, однаждысъели кошку, но… Это не такая кошка… Эта, она… Наверняка несъедобная. Да и аппетита нет – сдохнуть хочется, наверное поэтому есть и не хочется.

Раздумывая на тему подыхания, я продолжала рассматривать мёртвое животное. Это был огромный серебристый кот с чёрными пятнами на шкуре, минимум в тридцать кило и к тому же, являлся представителем семейства саблезубых. Видимо, я прочитала чуть больше из энциклопедии Золота, раз сейчас знала, что такие саблезубые коты водятся только в Ристалище. Также я откуда-то знала, что своё название это семейство кошачьих получило из-за двух внушительных клыков, торчащих из их верхних челюстей. Один укус такой челюстью в мгновение ока может лишить головы. А я взяла и увернулась. Дура? Или несдавшаяся?

Я нагнулась и начала вытаскивать из туши свои звёздочки – одна угодила в грудь, другая случайно попала прямо в голову. Пока я обтирала лезвия о красивущую кошачью шерсть, я вдруг осознала, что не могу быть на месте этого зверя: я не из тех, кто сдаётся.

Нужно было добить Стейнмунна. Да. Но умирать самой – нет, не нужно. По крайней мере, поддаваться искушению перед смертью. Этот путь до жалкого прост, как для меня. Пусть мой последний час придёт тогда, когда наступит его время, подгонять которое я не стану. Я буду бороться. И посмотрим, что из этого выйдет.

Эта ночь наступила быстро. Примерно в полутора милях от оставленной мной позади туши саблезубого кота я наткнулась на большое дерево с расщепленным стволом. Думать было нечего: вокруг росли худо-бедные сосны, а стены этого дерева обещали защитить меня от лишней сырости, которая в этом месте случается с утренними туманами. Я залезла в это дерево и сразу же поняла, что у меня больше нет маскировочного брезента – остался со Стейнмунном, мысли о котором снова и снова пробивали на слёзы. Минус брезент, минус перчатка с лезвиями, минус нож, минус термос, минус лучший друг… Ладно-ладно-ладно… Соберись, тряпка! Может быть, он уже мёртв, может быть, эта зараза уже прикончила его, может быть, он уже не мучается!.. Ты не могла зарезать его! Не могла! А уже поздно, прошлого не вернёшь и не отменишь! Так что смирись и не ной! Не ной – не ной – не ной!..

В полночь часы отобразили минус одного участника от общей массы. Стейнмунн? Или не он? Кто умер сегодня? Я? Не я? Не он?..

От выплаканных слёз ивторых суток кромешного голодания у меня разболелась голова, и сон обратился в борьбу с бредом: мне снова и снова снилось, как страшное чудовище, когда-то бывшее моим лучшим другом с красивым именем Стейнмунн, что значит “прибой”, вгрызается в мою ногу, так что во сне я часто вздрагивала и неосознанно дёргала конечностями.

Глава 34Шестой день Ристалища

Я проснулась давно и шла давно, и всё давно… Допила последнюю воду, что могло бы меня огорчить, но не огорчило – я ничего не почувствовала по этому поводу и даже чуть не выкинула опустевшую бутылку, но вовремя опомнилась. Состояние бреда, начавшееся ещё с вечера, заметно прогрессировало: у меня ухудшилось зрение – даль покрылась мутной поволокой, – и ухудшилась координация – ноги стали отчётливо заплетаться и ступать не так, как должны или как мне того хотелось бы, руки разболтались… Я еле шагала, а в голове всё крутилось: “Это ещё даже не середина, это ещё только начало шестого дня из четырнадцати. Где ты потеряла Стейнмунна?”.