Онлайн книга «Живое Серебро»
|
Ночь прошла беспокойно. Я не ложилась спать, да и не смогла бы сомкнуть глаз даже при сильном желании, поэтому я просто поддерживала свой скромный костерок, слушала доводящие до дрожи крики ночных птиц, старалась прислушиваться к далёкому дыханию лучшего друга, но в том направлении совсем ничего не слышала… Чувство голода куда-то исчезло – как будто глубинное чувство страха напрочь отбило мои желудочные спазмы. Это было ужасно… Я задумалась о том, что мне делать, если вдруг поутру он не встанет. И сразу же решила: если он не сможет идти дальше – я тоже никуда не пойду! Останусь здесь навсегда, как те забытые, которых мы видели, что-нибудь начну придумывать и обязательно придумаю, но не брошу его! Он – всё, что у меня осталось из дорогого! Нет у меня больше ни семьи, ни друзей, но он всё ещё здесь, со мной, он всё ещё есть у меня, и я ни за что не оставлю его: я буду выхаживать его, кормить, спасать, и так сколько понадобится, до тех пор, пока он не встанет на ноги, и даже если никогда больше не встанет – не отойду от него ни на шаг! Стейнмунн Рокетт будет жить! Ведь он последний дорогой мне человек, что значит, что ему запрещено умирать! Ровно в полночь мои часы завибрировали, и я сразу же поспешила посмотреть на их табло: “Количество живых участников – 50”. Минус шесть человек! И мы не в счёт – мы всё ещё в числе живых! Запустив палец в подвешенное на моей шее кольцо Берда, я мысленно начала произносить слова, подобные молитве, но молитвой не являющиеся, потому что обращены они были к духу дорогого мне человека: “Пожалуйста, Берд, помоги ему! Пожалуйста, пусть он останется жив! Если слышишь меня, если можешь, пожалуйста,помоги…”. Так прошла вся эта страшная ночь – одна из самых страшных ночей в моей жизни, – и наступило ещё более страшное утро. Глава 33Пятый день Ристалища За всю ночь я не сомкнула глаз и в результате не заметила как, прислонившись спиной к неровной каменной поверхности, задремала на рассвете. Не знаю, что меня разбудило, но что-то как будто точно разбудило – ощущение было таким, словно я проснулась не сама, а по причине какого-то внешнего воздействия, однако, открыв глаза, я не увидела ничего, что могло бы служить причиной. Утро было на редкость серым, однако совсем не туманным, от дотлевающих угольков костра, обсыпанных белым пеплом, исходили едва уловимые, почти полностью прозрачные струйки призрачного дыма. Я почувствовала, что немного прозябла и, встав на ноги, обняла себя руками. Так тихо… Даже утренних птиц не слышно. Странно… Стоило мне вспомнить о Стейнмунне, как моё сонное состояние словно рукой сняло – я резко развернулась и направилась в углубление камня, чтобы проверить состояние друга. Ещё до того, как нагнуться к брезенту, я поняла, что что-то здесь не так… Брезент хотя и лежал таким образом, что под ним мог скрываться человек, всё же я ещё до того, как подняла его, уже знала, что Стейнмунна здесь не увижу. И я оказалась права: под брезентом кроме подстилки из увядших древесных листьев ничего и никого не оказалось. Моё сердце не ёкнуло – оно резко, с надрывом, замерло. Где он?! Это произошло неожиданно. Сначала я почувствовала чьё-то присутствие рядом, и это, отчего-то, не вызвало у меня радости, а наоборот – по спине пробежал недобрый холодок. Я поняла, что позади меня как будто погас свет – кто-то крупный встал у входа в углубление камня… Естественно, это мог быть только Стейнмунн, ведь его не было под брезентом, но что-то ещё неизвестное, какая-то интуитивная вибрация подсказывала мне о том, что этоне к добру. |