Онлайн книга «Живое Серебро»
|
– Что ж, ты не ошибся. С кем не бывает. – Да, но теперь я вижу, что́ с ним произошло. Он был участником одного из давно минувших Металлических Турниров. Умер или в Руднике, или в Ристалище… – А вдруг он выжил? – Что? – Вдруг он сумел финишировать? Добрался до Кар-Хара и сейчас жив, и вы встретитесь, когда ты станешь финалистом этого Металлического Турнира… – я не заметила, с какой неожиданной страстью произносила эти слова, и каким взглядом в ответ на мою бурную реакцию смотрел на меня сидящий впритык к моему плечу парень. Когда же заметила, было уже слишком поздно – он уже слегка пригнулся к моему лицу: ещё чуть-чуть, и поцеловал бы прямо в губы! Я успела отстраниться в самую последнюю секунду… Наши взгляды моментально врезались друг в друга и произвели отчётливую искру напряжения. – Прежде ты не отстранилась бы, – натянутым тоном, за которым была плохо скрыта эмоция вроде сдерживаемой злости, процедил Рокетт. – Ты о чём? Мы никогда, ни разу… – Да, но ещё две недели назад между нами ничего не было только потому, что мы оба знали о том, что меня заберёт Церемония Отсеивания, которая не должна была забрать тебя. Тогда нас сдерживало только знание того, что у нас нет будущего, а сейчас что? Я растерялась. Не нашла, что ответить, хотя всем своим существом чувствовала, что он жаждет ответа. Стейнмунн отстранился и, глядя на костёр, добросил жестокую правду: – Я заметил, каким взглядом ты смотрела на Платину. Думаешь, он твой герой? Он просто хорош собой, но его внешнее превосходство не делает из него положительного персонажа, Дема. Максимум, что ты можешь от него ждать: онвоспользуется тобой в своих интересах и бросит. – Да он даже не посмотрит на меня! Кто я и кто он?! – Думаешь, он лучше тебя? С чего вдруг? Ты всю жизнь знаешь себя и в первый раз видишь его, так с чего ты решаешь, будто ты можешь быть недостойна его? Это безумие! – Знаешь что, ты прав, это действительно безумие! То, что ты думаешь, будто можешь мне указывать, на кого и как смотреть! – То есть ты не отрицаешь того факта, что на него ты смотрела по-особенному. – Что значит “по-особенному”?! Это как вообще?! – Это так, как ты смотрела на меня до тех пор, пока не увидела его! – от этой правды меня моментально резануло по душе. – Не будь одной из сотен глупых девчонок, влюбляющихся в призрачную красоту, за которой в лучшем случае скрывается пустота, в худшем – чудовище! – Думаешь, я на тебя прежде засматривалась не потому, что ты именно красив?! – Думаю, что в самом начале именно поэтому из всех парней ты отметила именно меня, ведь ты любишь всё красивое! Да только знаю наверняка, что красота для тебя не всё, ведь Арден был тоже красив! – Но не так умён и начитан, как ты, верно?! – Верно! Не выдержав режущей правды, бросаемой в меня пригоршнями болючих слов, я резко вскочила на ноги и уже спустя два шага нырнула под маскировочный брезент, который этой ночью представлял из себя подобие палатки. Резким движением натянув на голову капюшон и улёгшись лицом к валуну, служащему несущей стеной нашей скромной обители, я долго хмурилась, сверля взглядом мох, густо покрывающий камень, и слушала, как Стейнмунн резкими шагами гасит костёр. Наконец покончив с огнём, он тоже нырнул под брезент и тоже лёг ко мне спиной. |