Книга Тройня для дракона. Здравствуй, папа, страница 101 – Алисия Эванс

Все это время я смотрела на своих мальчиков и не верила, что могу потерять их, что моих малышей больше не будет, что я больше никогда не услышу их веселый смех, не почувствую теплые объятия, не прижмусь к бархатным щечкам… Эта мысль раздирала душу на части. Будто меня рядом с ними прямо сейчас хоронят живьем.

- Ариша, отойди, - Мейгор мягко оттеснил меня.

Я не нужна им для проведения ритуала. Лишь их отец, который передаст драконятам свою энергию. Я – не драконесса, поэтому у меня нет такой возможности.

Мейгор встал между кроватями моих мальчиков и положил широкие ладони на распределительные камни. Нейтон застыл напротив него, предварительно скинув рубашку. Сверкая обнаженным торсом, он опустил голову и начал меняться: могучая спина покрылась черной драконьей чешуей, руки от самых плеч оказались устланы длинными жесткими пластинками. Я стояла сзади и не видела лица Нейтона, но, подозреваю, что и оно приобрело рептильные формы.

По комнате разлилась драконья магия. Я ощущала ее почти физически, но не могла никак коснуться. Лишь накопительные артефакты засияли так, что пришлось зажмуриться.

Мейгор прогнулся в спине, запрокинул голову назад и сам начал сиять. Я знала, что это значит: он впустил в себя тяжелую драконью энергию и теперь с помощью артефактов пытается направить ее на исцеление наших мальчиков.

Я стояла в пяти шагах от мужчин и чувствовала себя абсолютно беспомощной. Я не в силах помочь своим детям. Мой дар бесполезен, ведь у драконов все устроено иначе, чем у людей. Яд повредил именно драконью сущность.

Не знаю, сколько я так простояла, около часа или два, пока голова не начала кружиться от избытка драконьей магии. Весь воздух напитался ею. Она, казалось, впиталась даже в стены. Когда я поняла, что меня шатает, решила выйти из комнаты. Все равно толку от меня никакого, а если я свалюсь в обморок от усталости, то никакой пользы точно не принесу.

Перед детской собралась буквально толпа народа: тайная полиция, драконы, целители и, конечно, гувернеры детей.

- Как Адель? – негромко спросила я у Констанции.

- Она в спальне для гостей, к ней приставлена императорская гвардия, - шепнула мне взволнованная гувернантка.

Я рассеянно кивнула и направилась на кухню. Вряд ли во всей этой суете слуги смогут, как и раньше, обслуживать потребности обитателей поместья. Вслед за мной незаметной тенью зашагали трое гвардейцев. Без присмотра не оставляют ни на минуту.

Я прошла на кухню, на которую прежде Нейтон меня не допускал, и начала готовить. Ну как – готовить? Это сильно сказано. Наспех намазала сливочное масло на хлеб, подогрела молоко, из корзины достала яблоко. На кухне царит полнаятишина. Все слуги на допросах, а гвардейцы встали в шеренгу у входа.

На огромной кухне я почувствовала себя неуютно. Это не та маленькая комнатка в доме Крокса. Нет, на кухне Бельмонтов можно наготовить на всю столицу.

Я ела и не чувствовала вкуса еды. Как ни пыталась сбежать от собственных мыслей, ничего не получалось. Сейчас я доем и вернусь в спальню. Что мне там скажут? «Ариша, прости, но все тщетно. Мне очень жаль», - прозвучал в голове голос Мейгора, и мне стало нехорошо. Голова закружилась, сердце забилось часто и гулко, а руки задрожали.

В себя меня привели странный звуки. Звучат сердитые голоса, будто кто-то ругается. Не понимаю, как в такое время кто-то в этом поместье находит повод для ссоры? Встав из-за стола, я пошла разбираться. Нейтона нельзя отвлекать, а я как его жена – первое лицо после него.