Книга Леди любят артефакты, страница 90 – Яра Горина, Алёна Соловьёва

Кажется, он намеревается уличить меня в порче хозяйского имущества. Пусть попробует доказать, что его драгоценные сервировочные вилки пострадали!

— Если будете так бегать за хозяином, подошвы сотрете, — мысль дворецкого неожиданно вильнула совсем в другую сторону. — Смотрите,как бы не пришлось просить надбавку на новые туфли.

Похоже, старик совсем спятил. Но какие бы странные идеи ни приходили ему в голову, он не имеет права озвучивать их подобным образом.

— Да кем вы себя возомнили, Моргулис? — тихо спросила я, поднимаясь. Все во мне претило говорить с пожилым человеком так бесцеремонно, но я не могла оставить без внимания его оскорбительные намеки: — Надоело быть дворецким и вы решили стать дуэньей? Как смеете вы разговаривать с леди в таком тоне? Немедленно прекратите, иначе…

— Подложите мне очередную свинью? — перебил он, прижимая к груди поднос с серебром.

Так вот в чем дело! Старик принял мою шалость с подсвечником на свой счет. Но не объяснять же ему, что это досадная случайность, и старик просто попался под «горячую руку», когда мы с Бетти прихватили парочку вещей из хозяйской гардеробной.

Тем не менее, даже это не является оправданием для подобного поведения.

— Просто предупреждаю, мистер Моргулис, — пожала плечами я и, отвернувшись, направилась к выходу.

«Голову выше и спину ровнее, — как заклинание повторяла себе, — леди должна сохранять достоинство, а чародейка — холодный разум».Моргулис повел себя бестактно, но, кажется, мне удалось сохранить лицо, не опускаясь до грубых угроз.

Однако мои надежды, что этого окажется достаточно, быстро развеялись. Стоило отойти, как в спину полетел брюзжащий бубнеж. Что-то о подсвечниках, которых не напасешься на «всяких там», и дорогом черненом серебре с фактуровкой.

Хорошо, что я не из тех, кому в любой ситуации жизненно необходимо оставить за собой последнее слово. Моргулису по должности положено беспокоится о чем-то вроде подсвечников и столовых приборов. Вот пусть ворчит сколько душе угодно. Хмыкнув, я открыла дверь и выскользнула во двор.

Но к удивлению, не обнаружила там привычной двуколки, на которой разъезжал Тони. Только со стороны конюшен доносился характерный шум.

Я припустила по тропинке, чтобы обогнуть башню, скрывающую обзор на покрытые сажей кирпичные стены конюшни и объездную дорогу, и очень скоро оказалась у чугунных ворот. Только вот Грома за ними не увидела. Лишь голубоватый свет лился из открытой створы старой конюшни. Оттуда же доносилось металлическое бренчание.

Внезапно звуки смолкли, и я остановилась,чтобы отдышаться. Судя по всему, там действительно что-то сломалось. По крайней мере лорд Блэквуд не станет упрекать меня за задержку. Особенно если предложу помощь. Постояв с минуту, я, приглаживая юбку, направилась в сторону бывшего стойла.

Но за воротами обнаружился вовсе не сломанный механический жеребец, а новенький самоходный фаэтон. Не чета тому корыту, что я видела на вокзале.

Этот словно сошел с картинки «Артефакторики сегодня»: с откидным верхом и хищным прищуром фар. А как чудесно подогнаны детали! Корпус литой и гладкий. Даже без движения он полон грации, точно мантикора в прыжке.

На вишневых крыльях поблескивала выведенная медью вязь сложнейшего рунического рисунка, а над серебряной решеткой — начищенный значок мастерской братьев Трейн. Дорогая и, по всей видимости, штучная работа.