Книга Леди любят артефакты, страница 120 – Яра Горина, Алёна Соловьёва

— Извините, мисс Катарина, я правда не думала, что так получится…

— Ничего страшного. К тому же ты попыталась что-то свое придумать. А это, — я показала на стол, — всего лишь опытный кусочек, — ругать ученицу за проделку — пустое, тем более она сама повинилась, поэтому я решила обратить все в шутку: — пожалуй, нам стоит заколдовать настоящую брошь источать аромат чеснока…

— Или рыбы, — подключилась Бетти.

— А может быть, тухлых яиц?

— Фу, гадость! — хихикнула она.

— Представь, — продолжала я нарочито заговорщицким тоном, — какой фурор мы произведем, когда нацепим брошки. Куда бы ни пришли, о нашем появлении будут узнавать заранее. Да-да, не смейся! Наша слава пойдет впереди нас.

Бетти засмеялась. Сначала осторожно, но уже через мгновение открыто. И смех ее был, будто журчащий ручеек, пробивающий путь по камешкам. Как же ей шла улыбка. Дети вообще должны смеяться много и часто. Я и сама заразилась этим веселым настроем и не могла остановиться. Хотелось рассмешить ее еще больше, пусть занятие и превратитсянабор глупых рассуждений и нелепых фантазий.

— Мы будем кружить людям головы в прямом смысле.

— И все будут падать в обморок при нашем появлении?

— Точно! Об этом ведь мечтает каждая леди? — я подмигнула воспитаннице. — Интересно, Нэнси согласится вступить в наш клуб? Кстати, как мы его назовем? Может быть, орден невообразимых ароматов?

Но очередного взрыва смеха не последовало. Благодушие Бетти исчезло, как солнце в марте. Она вдруг помрачнела и задумалась о чем-то своем.

— Что случилось? Мне казалось, мы неплохо веселились.

Беатрис буркнула что-то невнятное, а глаза ее покраснели, точно девочка едва сдерживает слезы. Такая резкая смена настроения очень настораживала. Не понимаю, что я делаю не так?

— Бетти, — я старалась говорить, как можно мягче, — мне очень жаль, если мои слова прозвучали обидно. Расстроить тебя — последнее, что было у меня на уме.

— Дело не в вас, — шмыгнув носом, ответила она. — Ненавижу ордена.

— Почему?

— Я уже в одном состояла.

Бетти выбралась из-за стола, запустила руку в карман юбки и вывалила на стол свои детские сокровища: стеклянный шарик, полосатую ленту, яркое перышко голубого цвета, оторванную пуговку и пригоршню вишневых косточек.

— Вот, — она передала мне подвеску в форме клевера, — тайный орден трилистника. Это мисс Скалс придумала. Когда мы начали заниматься травологией, у меня долго ничего не получалось. И тогда она рассказала свой семейный секрет, а потом подарила этот кулон. У нее был такой же. Как символ нашей дружбы и знаний не для всех.

Я слушала и рассматривала дешевый мельхиоровый медальон. Похожие я видела на витринах в Бринвилле. Мисс Скалс, похоже, была талантливой наставницей, которая нашла действенный подход к Бетти: помогла ей справиться с заданием, придумав увлекательную игру. Скучная травология превратилась в приключение, и девочка увлеклась.

Другой вопрос, почему она, приложив такие старания, решила полностью исчезнуть из жизни своей воспитанницы? Обычно гувернантки так не поступают, особенно если отношения с ребенком настолько хорошие, что он привязывается к наставнику, как к родному.

— Она бросила меня, — голос Бетти был полон обиды. — Уехала и даже не попрощалась. Папа сказал, что мисс Скалс вышла замуж. Почему онамне ничегошеньки про это не сказала?!