Книга Леди любят артефакты, страница 114 – Яра Горина, Алёна Соловьёва

Лихорадочно пытаясь сообразить, что делать, я перебирала в голове  подходящие заклинания. Тщетно. Видимо, я не из тех, у кого в критических ситуациях рождаются гениальные идеи...

Внезапно откуда-то справа послышался грохот, дополняя безумную ночную кокофонию. От неожиданности я зажмурилась. Послышался звук разбитого стекла.  Пахнуло сыростью и запахом залежалой земли. Клубок пыли ударил мне  в лицо.

Наконец, открыв глаза, я увидела движение. Этажерка с расписной вазой упала, и осколки разлетелись по галерее. Стена справа затряслась так, что блеклые натюрморты соскользнули со своих гвоздей и попадали на пол, как перезрелые яблоки. Раздался скрежет, точно задвигались ржавые рычаги. От этого звука у меня мороз пробежал по коже. Часть стены с рокотом отъехала в сторону, открывая темный проход. И в глубине его стоял лорд Блэквуд собственной персоной.

Видимо, он очень торопился. На мужчине были штаны и длинный черный халат, полы которого оказались распахнутыми, обнажая мускулистую грудь. Несмотря на внешнюю небрежность, взгляд его был сосредоточенным, а движения плавными и скупыми, точно у хищника, готовящегося к прыжку.

Ему потребовалось всего несколько мгновений, чтобы оценить ситуацию. Короткой вспышкой зажегся огненный жезл, освещая комнату. На лице Беттизастыло восхищенно-испуганное выражение, когда плеть, сотканная из искристого пламени с визгом взметнулась в воздух. Запахло горелым, но ритуальный круг устоял. Огненная магия рассыпалась искрами, столкнувшись с невидимой преградой. Нэнси испуганно шарахнулась в сторону, а дворецкий завыл пуще прежнего.

— Признаюсь, я недооценил вас, — крикнул Блэквуд в мою сторону. — С такими ловушками только на тварей из сумрачных долин охотиться.  Что вы подмешали в соль? Прах нежити?

— Совсем чуть-чуть, — пробормотала я в оправдание, которого он, естественно, не услышал.

Блэквуд в несколько шагов оказался возле мечущегося дворецкого. Там, где на полу охала Нэнси. Беатрис, еще мгновение назад стоявшая рядом со мной, теперь безуспешно пыталась помочь своей камеристке подняться на ноги. И когда только она успела? Смелая девочка.

Лорд обошел ловушку по кругу, легко касаясь преграды кончиками пальцев, после чего решительно направился в мою сторону.

«Он уволит меня прямо сейчас!» — подумала я, и перед глазами мелькнула картинка: ридикюль, вокзал и венчание с беззубым Крастором. — Хотя нет. Не уволит. Испепелит…».

— Мисс Катарина, — Блэквуд положил руки мне на плечи и слегка встряхнул, — соберитесь и развейте свое заклинание, пока мы все тут не оглохли.

— Я пыталась, — голос звучал до нелепого жалко, — но конфликт стихий…

— При чем здесь это?! Стену удерживает рунопись. Я бы и сам снял чары, если бы мог разобрать хоть что-то из ваших закорючек. Это черная артефакторика?

— Не совсем. Мои личные разработки на ее основе.

Блэквуд страдальчески закатил глаза всем своим видом показывая, как относится ко всякого рода «личным разработкам», и легонько подтолкнул в сторону круга. Сказать, что я сгорала со стыда, расплетая свою руну, — это ничего не сказать. Лорд Блэквуд стоял рядом и внимательно следил за моими действиями, когда я, виток за витком,  разрушала свой «вечный замок».

Сделать это было не так просто, поскольку действие руны должно было продлиться до позднего утра, и снимать ее раньше положенного срока весьма трудоемкое занятие.