Книга Леди любят артефакты 3, страница 74 – Яра Горина, Алёна Соловьёва

— И вы согласились, — заключил лорд Блэквуд.

— Речь шла о знаниях. Передать их подопечной — моя прямая обязанность. Я искала способ заинтересовать девочку в учебе и нашла его. Конец истории.

— Беатрис, однако, настаивает на другом.

— Я ее об этом не просила!

— Даже не попытаетесь ухватиться за соломинку?

— Прятаться за спиной ребенка? Увольте! Я не настолько труслива. И вполне готова нести ответственность за собственные решения.

— Хотите сказать, что моя дочь оболгала себя ради того, чтобы выгородить вас?

Прозвучало угрожающе, но отступать было некуда. Слишком много сказано, слишком много черт пройдено.

— Я этого не утверждала. В своем воображение Беатрис могла представлять что угодно. Главное, что мы должны понимать — решение о тайном обучении стихийной магии приняла я. Без какого-либо давления со стороны девочки.

— Прекрасно, — вздохнул лорд Блэквуд. — А мне что прикажете делать? Как, по-вашему, я должен поступить, м?

— Не знаю. Только об одном прошу, не будьте слишком строги к Беатрис. Не ругайте ее…

— Да что вы обе заладили⁈ Я виновата! Нет, я! Погоди, не ругай! Одна рыдает все время, вторая смотрит волчицей, будто я чудовище какое-то. Да, мисс Катарина, да! Вы себя просто со стороны не видите. Не спорю, меня можно во многом упрекнуть. Но скажите, я хоть раз был к вам несправедлив?

Я смутилась. Это был прекрасный момент, чтобы припомнить ему кучу прегрешений, однако в голову, как назло, ничего не приходило. Ну не предъявлять же ему насмешки из-за коловертыша? Тем более, что в результате лорд Блэквуд тогда оказался прав. А о поцелуе и вовсе стоит забыть. Не будить, так сказать, прошлое.

— Вот-вот! — продолжил он, распаляясь все больше и больше.— Я пустил вас в свой дом, предоставил полную свободу действий, верил вам. И какова награда⁈ Интриги, заговоры и тайны.

— Все не так! — опешила я. — Вы что⁈ Какие интриги⁈ И в мыслях не было ничем таким заниматься.

— Конечно. И черный артефакт на глазах моих детей не вы делали?

Это «моих», во множественном числе, сильно меня резануло. Неужели догадки насчет Кристофера верны? Однако сейчас было не время это выяснять. Гораздо важнее, отстоять собственное честное имя.

— Как можно обвинять меня в том, в чем я сама призналась⁈

— Еще бы! Когда обстоятельства припирают к стенке, бежать некуда. Вы признаетесь лишь потому, что вас поймали на горячем. Как и в случае ваших тайных прогулок с Инграмом или с этими уроками. Узнал бы я обо всем, если бы не обстоятельства? Что еще вы от меня скрываете?

Я резко встала с кресла. Чего он еще себе надумал, и при чем здесь вообще Джефри? Может, я и девушек похищаю? Или, чего там мелочиться, будем считать меня переодетым в гувернантку хаоситом! Какие такие признания он рассчитывает услышать? К тому же, я все сказала.

— Что и требовалось доказать, — лорд истолковал мое замешательство на свой лад. — Все! Так больше продолжаться не может.

Действительно…

— Вы правы, — согласилась я. — Если хотите уволить, так и скажите. Все ваши домыслы, а тем более обвинения несправедливы. И выслушивать их я не собираюсь. У меня есть дела поважнее.

— Какие же?

— Уложить вещи, например.

— Нет уж, я не дам вам сбежать, — он тоже вскочил с места. — Вы этот бульон заварили, вам его и хлебать. Или надоело играть в гувернантку?