Книга Жена кузнеца, страница 75 – Елена Теплая

Она одела на меня чоботы. Накинула платок и курточку, которую я на осень сшила и повела меня мыться в купальню. Там намылила меня и стала поливать с ковша мне на голову. Потом вытерла, одела и посадила на лавку в купальне. Сонька стояла и смотрела на меня, я смотрела в пол и молчала.

У меня обожгло щеку, и я почувствовала удар. Волна негодования поднялась во мне. Я не ожидала, что Сонька ударит мне пощечину.

- Ты с ума сошла?

- Ну вот, мы и очнулись. А то я тебя еще неделю наверно буду мыть и смотреть на тебя. Хватит себя жалеть! Ты что одна потеряла ребенка?- кричала на меня Сонька. – Тут нет дома, где ни делали погребальный костер для детей. Тебе уже пора прийти в себя и прекратить себя жалеть и винить. Ты не виновата, в этом. Кто знал, что он кинется под лошадь, которая понеслась? Никто его не спас бы. Поняла! Северина сделала все, что могла, но вернуть из Светлых садов она никого не может.

Я разрыдалась, Сонька еще постояла со мной. Потом обняла меня, погладила по голове и прошептала:

- Тихо, тихо! Успокаивайся. У тебя куча дел. Так что давай приводи себя в порядок и продолжай жить. Я не могу с тобой тут днями сидеть. Мне нужно Ярославу помогать. А тебе еще кучу людей дома кормить. И самой нужно поесть. Ты уже три дня не ела. Если и дальше не будешь есть, то твою дочь мы тоже сожжем на костре.

Я перестала плакать, подняла на Соньку глаза и вздохнула. Она права, я даже не заметила, что я не ела. Я встала с лавки. Сил практически не было, пошатываясь, с остановками, я пошла домой. Сонька также медленно шла за мной. На улице заметно похолодало, и я даже не заметила, как осень вступила в свои полные права.

Я очень медленно включалась в работу по дому. Не было ни сил, ни желания, что - либо делать. Если бы сейчас  было лето, было б больше дел, а так их совсем мало и толком не знаешь, чем себя занять. Я замечала за собой, что я в какой-то период останавливалась и задумывалась, вспоминая Мишутку, и так могла стоять долго, пока меня кто- нибудь не окликнет.

На кухне, повешенный на гвоздь  на стене я увидела кристалл, взяла его в руки и слезы потекли из глаз. Захотелось выйти на свежий воздух. Я оделась, спустилась по лестнице к реке. Там, где был погребальный костер, был темный песок, как будто он выгорел. Я подошла к этому месту, посмотрела на песок. Кто-то убрал здесь все, остался только пепел. Я повернулась к реке и стала смотреть на темные воды. С реки дул холодный пронизывающий ветер. Я закуталась посильнее в курточку. Даже не верилось, что еще несколько дней назад стояло практически летнее тепло. Если смотреть на такое резкое похолодание, то зима нас ждет очень холодная. Я поежилась, представляя морозы и снег. Это будет моя первая зима здесь и нужно как-то это пережить. Придется серьезно подумать про теплую одежду. Теплой одежды нет и у тех детей, которых мы приютили. Так что пора об этом позаботиться. А то у нас фактически только я и Никита на зиму с одеждой будем.

Я смотрела, как по воде плывут листики с деревьев, как по небу проносятся хмурые тучи. Когда смотришь на все это, наступает какое-то умиротворение, спокойствие. В городе нет возможности отдыхать вот так душой и наполняться этим волшебством, единением с природой.

Мой взгляд упал на кристалл в моей руке, он больше не святился, как тогда у Мишутки в руках. Я подняла его на свет и стала разглядывать. Вдруг он стал светлее, и мне казалось, что я услышала голос мамы, который позвал меня: