Книга Жена кузнеца, страница 72 – Елена Теплая

- Ой, Соня! Как ты можешь? Мы ж семья и должны друг другу помогать! – я обняла ее  и прижала к себе. – Это очень хорошо, что у нас появился заказ, а то мы здесь уже больше и не сможем продать. Теперь мы сможем и вам на зиму купить зерно, а то мы уже с Никитой решили часть своего вам отдать на зиму. А в следующем году староста и на вас поделит.

- Спасибо, Лада. С зерном, я буду очень богатая невеста. На зависть всем.

- Вот хорошо, что получилось зерно выручить, теперь твой будущий свекр вам помелет его на муку бесплатно! Как все удачно складывается. Мука дорого стоит, и вы сможете со всеми расплатитьсяза помощь. Скорее всего, через неделю или две мы поедем с Никитой в город. Ты уже решила, что  должна там купить?

- Да, мы примерно все обговорили с Ярославом. Все конечно я купить не смогу. Но хотя бы стекло привезу, чтобы мы могли уже заселиться в дом, а то он продувается. Полотно на окнах не сильно держит тепло, а пузырем стеклить не хочется, ничего не видно тогда будет. Я не просто так сюда шла,  хочу часть посуды забрать, той, что в приданое себе приготовила. Печь уже готова и мы можем на ней спокойно готовить еду, и Маняше не придется нам таскать обед.

- А полы?

- На кухне и в спальне Ярослав уже сделал. Ты же знаешь, что ему приходится за соломой очень далеко ездить, чтобы полы утеплить. Всю ближайшую уже разобрали, он собирает только ту, где короткая рожь в этом году сидела. Рано утром уезжает, поздно вечером, когда совсем темно, приезжает. Хочет пока тепло навозить ее, а потом уже в доме будет утепляться, а то если дожди пойдут, то солома будет сырая. Я глину ношу целый день, пока морозы не ударили, и потом ее будет не откопать уже.

- Жаль, что помочь вам не кому. Никита занят, я тоже не поношу тебе глину, Северина сказала, тяжелого много не носить. Даже Мишутку поднять боюсь, только сидя с ним обнимаемся.

- Ой, Лада, о чем ты говоришь! Вы так много сделали, что мне и так вас всю жизнь благодарить придется!

Мы разговаривали с Сонькой, она рассказывала, какой у них дом, какая замечательная плита и они вместе с сестрой Ярослава ее уже опробовали. Она ,конечно, надеялась, что когда- нибудь у них будет такой же умывальник, как у нас.

- Не переживай, мы с тобой сходим к тому мужичку на рынке, что нам продал краник и попросим привезти такой же и у тебя тоже будет умывальник.

- Лада, у меня на это нет денег.

- Так он сразу и не привезет. В лучшем случае весной. К тому времени мы с тобой еще навяжем носков и продадим.

Сонька заулыбалась. Приятно было смотреть на ее сияющее лицо и я радовалась, что у меня здесь есть такая близкая подруга, почти как сестра. С Лизкой мы так близки не стали.

Она еще немножко со мной постояла, поговорила и пошла собирать свою посуду в новый дом. Я посмотрела на Мишутку, он догонял кота, а тот как с мышкой с ним играл. Убегал от него, прятался, потом нападал и опять убегал. Мишутка бегал за ним и смеялся,со звуком, как звенят маленькие колокольчики.

Я понаблюдала за ними и продолжила стирку. Я задумалась о скорой поездке в город, и в какой-то момент раздалось на улице ржание коня, потом я услышала топот, крики, грохот телеги и визги женщин. Потом раздался глухой удар и страшный крик. Я вытерла руки и побежала на улицу, за дом, откуда доносились крики. Я увидела, как неслась по улице телега с конем и люди от нее шарахались в разные стороны, никто не пытался ее остановить. Потом увидела, как закрывая рот рукой, бегут Лизка с Паулиной со стороны рынка, и куда-то смотрят в сторону. Я перевела взгляд на то место, и у меня все похолодело внутри. Я увидела в пыли, которая поднималась от дороги, лежащего Мишутку. Я побежала к этому месту,  где он лежал, как – то неестественно вывернутой рукой и наклонив голову набок. В руке сжимал кристалл, глаза его были закрыты.  Прямо из раны на голове у него лилась кровь, и уже весь висок был в крови. Я зажала одной рукой рану, другой оторвала кусок ткани от фартука и приложила к ране.