Онлайн книга «Год левиафана»
|
«И правда вывез…» – мелькнула и погасла мысль. Сам по себе элементаль на ощупь был не теплее вод озера Мутт. Но то, что верный друг, пусть и не человек вовсе, не бросил, помогает, направляет, тянет изо всех сил, – согревало сердце. Когда наконец лёд сменился снегом, под которым была мёрзлая земля, морской конёк отступил и растворился в водах, и лишь его тихий голос всё ещё продолжал звучать в мыслях. Сошлись на том, что безопаснее и ближе сейчас добраться до замка ла Фрайн. Хильди перебирала окоченевшими ногами, зачерпывая ботинками снег, но упорно шагала вперёд и мечтала лишь об одном – рухнуть на кровать, укрыться, согреться и забыться. Но у ворот, украшенных коварными левиафанами, окольцовывающими стальные прутья, её уже поджидали: – Ну здравствуй, мышка-трусишка. Глава 24 [Торвальд Сарот Див ла Фрайн] Зверем практически невозможно было управлять, чего уж говорить о том, чтобы перехватить контроль. Единственное, что удавалось, – изредка пробиваться в сознание и просить. Просить за Брунхильд, снова и снова вдалбливать в могучую шипастую голову мысли о хрупкости человеческой жизни. А слышать отчаянную мольбу прекрасной девы, когда Зверь окончательно взбесился из-за истошных воплей дородной горожанки, невесть откуда взявшейся на берегу, и кинулся в озеро, было просто невыносимо. «Остановись! Ты убьёшь её, мою Брунхильд!» Зверь зарычал, и Торвальд поспешно исправился: «Нашу. Нашу Брунхильд!» Но Зверь больше не внимал его беззвучным крикам. Начавшееся было устанавливаться взаимное понимание треснуло и разлетелось морозной крошкой, когда длинное туловище пробило кромку льда и утянуло Брунхильд под воду. Торвальд бился внутри, словно в клетке, снова и снова бросая всю силу своей воли на приступ хаоса, проглотившего сознание Зверя. Драгоценные секунды утекали. Он не видел, но знал, что ещё немного – и дева начнёт задыхаться, не выдержит, хлебнёт ледяной воды. И всё, конец! Он потерял контроль над Зверем. Но другое существо ещё оставалось подвластно ему. Собрав крохи магии, он направил их к Брунхильд: «Спаси её, Ори!» Этот лёгкий магический импульс на краткий миг развеял хаос, дал ту искру, что вновь связала два сознания. И Торвальд разжал кольца хвоста, одновременно подталкивая Брунхильд к поверхности и отчаянно надеясь, что ещё не слишком поздно. В следующий миг он рванул прочь, уводя Зверя в глубины озера Мутт. Ведь хаос снова сгущался. Йотунское колдовство разрушало внутренние связи, как мерзкая гнилостная хворь. В прошлый раз было то же самое, с одной лишь разницей – истерзанный Торвальд был на век заточён в склянку. И этого времени хватило, чтобы восстановиться, дремля в хаосе бытия. Теперь же он слишком рано был разбужен и страдал от воздействия йотунских нитей, будто Ашилл и сейчас возвышался над ним и отнимал эмоции, чувства, жизнь… «Не подведи, Ори!» С элементалем шансы Брунхильд на спасение значительно возрастали. Торвальд вознёс беззвучную хвалу провидению, что не позволило ему оставить без внимания насмешки одарённых одногруппников над Брунхильд. После того, как она вернулась из академии вся мокрая, он, недолго думая,привязал элементаля к каменной капле индиголита и подарил Брунхильд, словно изящное украшение, безделушку. Конечно, это не могло пробудить дар, запечатанный знаком варгов, но давало хоть какую-то защиту. Такая незначительная мелочь, небольшой знак внимания, – а теперь от этого зависела жизнь Брунхильд. Когда-то он и сам получил подобный дар от Лагерты. Только вместо элементаля она привязала к капле янтаря часть своей души. Ох, как Торвальд тогда злился. В отличие от Лисы, он знал, что такая магия чревата дальнейшим расщеплением – откололся один кусок души, может посыпаться и всё остальное. Но дело уже было сделано. |