Онлайн книга «Ибо однажды придёт к тебе шуршик…»
|
С последним словом на героический отряд навалилось тягостное молчание. И шуршикам, и людям было о чём призадуматься. Вслед им подвывал ветер, далеко впереди над кромкой векового леса сгущались тучи, обещая скорую пургу, а над головами в сторону селения, оставшегося за спиной, на кровавое пиршество с остервенелым карканьем слеталось вороньё. «Гвирдумы», – вертел принц на языке незнакомое слово: – Гвирдумы… С чем же вас едят, тварюги поганые?!» * * * Недалеко от чекменских урочищ на границе пойменных лугов герцога Хмельницкого маленький отряд остановила девочка лет десяти. Ножи, брошенные ею, могли ранить, как шуршиков, так и королевича с преданной напарницей. Однако нос Большого Бло вовремя уловил присутствие постороннего, и знак «быть настороже!» – был подан незамедлительно. Когда же Неве́ра Лум притащил юную разбойницу, отчаянно брыкающуюся в его лапах, та долго не хотела ни с кем разговаривать и сдалась, только когда её оставили наедине с Маринкой. Девочка девочку поймёт скорее! – Как тебя зовут? – поинтересовалась трактирщица как можно миролюбивее. – Меня, например, Маринка… В ответ чумазая воительница шмыгнула носом, но не издала ни звука, что, вероятно, означало: «Я – кремень и намерена молчать, чего бы это ни стоило!» Крепость духа пленницы вызывала безусловное уважение, хотя теперь действовать приходилось обиняком. Трактирщица порылась в съестных припасах, достала небольшой свёрток, который положила перед смотрящей в одну точку упрямицей, затем развернула его, но не до конца, а так, чтобы хватило ещё на одно любопытствующее движение. – Может быть, ты голодная? У нас есть хороший кусок пирога. Жуй… И не дожидаясь ответа, переговорщица вернулась к разворошенным ею припасам, чтобы вновь уложить и распределить всё компактным образом, дабы ничего не побилось, не помялось и, не дай бог, не потерялось в дороге. Остальные тоже делали вид, что категорически заняты приготовлениямик дальнейшему походу, краем глаза с любопытством посматривая на маленькую пленницу. Малышка крепилась изо всех сил, но что умять вкусно пахнущий кусок ей хотелось и чрезвычайно, читалось без труда. После непродолжительной войны с гордостью, она не удержалась и приподняла край свёртка. Запах печёной сдобы буквально опьянил сознание девочки, она даже закусила губу, не представляя, как поступить в столь попирающей её принципы ситуации, а призывно заурчавший живот подтвердил несогласие с ними. Когда же Маринка принесла клюквенный компот, глаза бедняжки и вовсе наполнились слезами. – Ладно, – предупредила дочка трактирщика надвигающиеся «ливни», – не хочешь говорить, не говори. В конце концов, тайна, есть тайна! К секретикам я отношусь с уважением. А чего пирог-то не ешь? Располовинив на глазах изумлённого ребёнка ароматную выпечку, она протянула больший кусок малышке, а второй с аппетитом надкусила сама, коротким движением придвинув кружку с компотом ближе к детским пальчикам. И тогда пленница с жадностью набросилась на еду. Маринка с нежностью взглянула на новую знакомую, и сердце в груди сжалось. Чумазая, худенькая, волосики выбились из-под красной вязаной шапочки и спутались! Достав гребень, она принялась расчёсывать молчунью. Только тогда, почувствовав, что её совершенно не собираются обижать, метательница ножей остановилась в желании проглотить всё залпом и тихо произнесла: |